Книга Тень на странице, страница 121 – Ирина Фуллер

— Выглядит сказочно! — восхитилась Констанция.

Если отбросить все архитектурные эпитеты: дерево делало здание похожим на дворец из фэнтези. В таком могла бы жить королевская семья фэйри.

Когда коллеги пошли к реке, Эдик задержал Констанцию, рассказывая о колоннаде с античными скульптурами, переосмысленными в татарском духе.

Едва другие книжники оказались достаточно далеко, он привлек ее к себе.

— Я думал, они никогда не уйдут, — его горячее дыхание коснулось ее губ.

Констанция улыбнулась, внутри нее все нервно сжалось. Она хотела что-то ответить, но не смогла: Эдик поцеловал ее. Сперва осторожно — она не ждала такой нежности — а вскоре смелее.

— Твой отель неподалеку, — проговорил он многозначительно.

Была ли она к этому готова?

У Эдика было красивое лицо, статная фигура, которую так эффектно подчеркивал тонкий черный свитер, приятный голос. От него пахло чем-то незнакомым, но приятным. Он хоть и был напорист, все-таки умел уловить настроение, сделать шаг назад, проявить деликатность. Если бы дело было в Петербурге, она сходила бы с ним на свидание. Но скоро ей предстояло покинуть Казань, это был последний вечер в городе, и обоим было понятно, что все это — лишь короткий эпизод.

От необходимости что-либо решать ее спас возглас:

— Блин, Конс, мы тебя потеряли! Где ты застряла? — это был Аврелий.

Его ни на секунду не смутило то, как близко стояли Констанция и Эдик, он, будто ничего не замечая, заявил:

— Пойдемте, посмотрим набережную — и в отель. Я уже задубел весь.

— Хорошо, Аврелий, — с некоторым давлением произнесла Констанция, надеясь, что он уйдет, но стажер вел себя точно ребенок.

— Давайте, двигайте на набережную. Трындец, меня чуть не сдуло.

— Я обойдусь без набережной, — проговорила Констанция сквозь зубы.

— И слава богу, — отозвался Аврелий, — пойдем сразу к отелю тогда.

И зашагал вперед, явно ожидая, что за ним последуют.

Констанция и Эдик переглянулись, будто бы извинились друг перед другом, и пошли вперед.

Через пару минут они встретились с остальными коллегами. Мила по-прежнему была в центре внимания, Кинг шел чуть позади, сжав руки за спиной, с блаженным видом он осматривал здания и огни по другую сторону реки.

Компания добралась до отеля, шумно ввалилась в холл.

Миша, тот самый молодой книжник из Калининграда, пригласил всех к себе в номер, чтобы продолжить вечер. Кое-кто из казанских коллег согласился, другие ушли, крикнув “до завтра”: в четыре часа дня уходил поезд в Питер, но до этого по программе гостей ждал визит в местный отдел Библиотеки.

Аврелий как-то странно глянул на Констанцию, которая стояла с Эдиком чуть в стороне: как будто она была в лапах чудовища, и он обдумывал, спасать ли. Решение пришлось принимать быстро, и стажер все же поспешил за Милой.

Артур проследовал к лифту. Проходя мимо нее, мягко произнес:

— Доброй ночи, Констанция.

Не стал дожидаться, чтобы узнать, чем закончится их вечер.

— Доброй ночи, Артур, — отозвалась она, с досадой чувствуя, как ее решимость пригласить Эдика к себе тает с каждой минутой.

Она была свободной молодой женщиной, имела право проводить время, как вздумается.

И перед ней был молодой, привлекательный мужчина, наверняка нежный и страстный.

А она так соскучилась по прикосновениям, по ощущению другого человека рядом.