Книга Главное не влюбиться, страница 51 – Татьяна Катаева

То я хотела играть с Кириллом. Дразнить. Помучить немножко. То мне жутко хотелось молчать с ним. Просто подойти, обнять и поцеловать. И чтобы он в ответ сделал то же самое. Хочется касаться его. Не в интимном плане, нет. К лицу. Провести пальцем по аккуратным губам. Лёгкой щетине. Густым бровям. А ещё — взять за руку. Это, мне кажется, какой-то собственнический жест. Мол «он мой, отвалите».

Я влетаю в зал, когда трибуны уже гудят. Воздух плотный, горячий — смесь адреналина, криков и резины паркета. Сердце колотится так, будто я не на его матч пришла, а на собственное выступление.

Любой спорт заслуживает восторга и гордости. Любой спортсмен вкладывает пот и кровь в то, чтобы добиться результатов. А ещё — уйму времени, сил и надежд. И пусть я часто злилась на Кирилла и подкалывала, что он ни на что не способен, в душе я хранила гордость за него. Потому что он играет великолепно. Не зря капитан команды.

Бесит то, что я опоздала. Чёрт.

Я же хотела с ним поговорить до игры. Сказать честно, что пришла поддержать. Что то, что было ночью между нами, — это не игра и не моя прихоть, это намного больше.

Я протискиваюсь между людьми, ловлю на себе недовольные взгляды, извиняюсь на ходу и только потом поднимаю глаза на площадку и замираю.

Команды уже на площадке. Звучат крики, свисток, аплодисменты. Но это всё ничто, потому что я нахожу Кирилла глазами. Стоит в баскетбольной форме. Руки его упираются в бока, и он собирается выполнить штрафной бросок. Собранный. Серьёзный. Не мой домашний Кир, не тот, что смотрел на меня из-под ресниц вчера ночью. А другой. Чужой. Хищный. Его движения резкие, взвешенные, уверенные. Он берёт мяч так, будто это самое ценное, что было в его жизни. Будто весь мир сейчас — это кольцо и цель.

Он стучит мячом по паркету, а потом ловит его двумя руками и, словно он ничего не весит, бросает в баскетбольное кольцо. Мяч летит быстро, ударяясь в щит и позволяя мячу чётко залететь в кольцо. Зал взрывается аплодисментами, а мне вдруг становится жарко.

Я не видела его до начала игры, хотя мне действительно очень хотелось. Просто прочитать его эмоции. Ладно, чего это я грущу. Всё будет. Но уже после игры. Я обязательно выловлю его возле раздевалок и успею ещё насладиться общением.

Игра идёт жёсткая. Соперники давят, не дают развернуться, но Кирилл будто только этого и ждал. Он ускоряется, обходит защиту, делает резкий манёвр, прыжок — и мяч снова влетает в кольцо. Зал взрывается.

Я тоже. Внутри — в большей степени, но и смолчать почему-то не выходит. Слишком много эмоций.

— Кирилл, молодец! — выкрикиваю, даже не задумываясь.

Громко. Слишком громко.

Несколько человек оборачиваются, но мне плевать. Для них я просто сводная сестра. Мне можно. Мне всё можно. Даже больше, чем они могут себе представить.

Он закидывает снова. И снова.

Каждый его бросок — как удар током. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь, как дура. Глаза горят. Ладони хлопают до боли. Я болею не за команду — я болею за него.

Он хорош. Чертовски хорош.

И именно в этот момент он поднимает голову. Как будто почувствовал меня. Будто наконец-то услышал.

Наши взгляды встречаются. Всего на секунду. Но мне и этого хватает, чтобы почувствовать, что что-то не так.

В его глазах — злость. Настоящая. Холодная. Не игровая агрессия и не эмоции во время игры. Не злость на соперников. Нет. Это что-то личное, направленное прямо в меня. Будто я сделала что-то не так. Будто он зол на меня. Хотя даже не зол. Ненавидит будто.