Книга Арс. Между кровью и любовью, страница 85 – Мая Фролова

Я тоже почти потерял остатки контроля.

Продержался недолго.

Слишком хорошо было чувствовать её рядом, видеть, как она всё ещё вздрагивает после собственного удовольствия.

Я прижал ближе и через несколько движений сам дошёл до предела.

На несколько секунд существовало только тяжёлое дыхание.

И тишина кабинета.

Ева всё ещё сидела на краю стола, обняв меня за шею.

Я стоял между её ног и впервые за весь день чувствовал, что мозг действительно отключился.

Хотя бы ненадолго.

Потом она подняла голову.

Посмотрела на документы, которые я сдвинул в сторону.

— Очень профессиональное рабочее место.

Я тихо рассмеялся.

— Не жаловалась пять минут назад.

— Не порть.

Поцеловал её.

Уже медленно.

Потом помог привести одежду в порядок.

И только тогда заметил телефон, всё ещё лежавший на диване.

Ни одного звонка.

Север впервые за долгое время выбрал идеальный момент молчать.

Ева уехала домой около одиннадцати.

Я сам отвёз.

В машине она была сонная, расслабленная и слишком довольная тем, что на этот раз именно она сорвала мне остаток рабочего вечера.

Возле дома долго не выходила.

Не потому, что снова хотела секса.

Просто сидела рядом.

И это тоже начало становиться привычным.

Перед выходом она посмотрела на меня серьёзнее.

— Ты ведь понимаешь, что после сегодняшнего я всё равно не знаю половины?

— Больше половины.

— Не смешно.

Я взял её за руку.

Сегодня врать не хотел вообще.

— Понимаю.

Она кивнула.

— Тогда когда-нибудь расскажешь остальное.

Не вопрос.

Я посмотрел на неё.

— Расскажу.

Не сказал когда.

Она и не потребовала.

Ева поцеловала меня и вышла.

Я дождался, пока за ней закроется дверь.

Только после этого телефон завибрировал.

Север.

Сообщение было коротким:

Громов поехал на встречу. Человека раньше не видели.

Следом фотография.

Плохая.

Тёмная.

Мужчина стоял спиной.

Лица не видно.

Никаких узнаваемых деталей.

Но впервые за несколько недель у нас был человек, который находился выше всех тех, кого мы уже нашли.

Я смотрел на снимок.

Потом на освещённое окно дома Евы.

Сегодня сказал ей, что расскажу остальное.

И впервые подумал, что очень скоро «остальное» может оказаться намного хуже, чем она представляет.

Ева

Утром после той ночи в кабинете Тимура я проснулась с совершенно противоречивым ощущением.

Физически я помнила совсем одно.

Рабочий стол, который после вчерашнего уже никогда не смогу воспринимать как обычный предмет мебели. Руки Тимура. Его сорванное дыхание. Собственный голос, который приходилось сдерживать из-за людей за дверью. То, насколько быстро всё между нами вспыхнуло после нескольких тяжёлых дней.

Но стоило голове окончательно проснуться, как вернулось другое.

«Расскажу».

Он сказал это вчера возле моего дома.

Не отшутился.

Не произнёс «когда-нибудь, может быть».

Пообещал.

Я не собиралась требовать исполнения уже сегодня утром. И всё-таки понимала, что тот разговор приближается.

Вопрос был только в том, насколько сильно мне не понравятся ответы.

На кухне уже сидел отец.

Марина что-то готовила возле плиты, и по одному её взгляду я поняла: сегодняшний завтрак спокойным не будет.

Я вчера предупредила, что задержусь. Домой вернулась ближе к полуночи. Ничего катастрофического.

Но за последние недели Тимур слишком часто начал появляться в моей жизни, чтобы семья продолжала делать вид, будто ничего не замечает.