Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 223 – Лана Муар

— Иваныч, я тебе говорю, ты такую баньку даже на картинках не видел! Сейчас как приедем, как затопим, как шашлычок сделаем.

— Эвуль, побегу, неудобно все ж, – и видимо объясняя гостям телефонный разговор, – Дочка с югов позвонила. С мальчиком своим поехали.

— Пока-пока, мамуля.

— Эвуля, завтра жду.

— Хорошо, мамулечка. Папе привет.

Послав воздушный поцелуй обоим родителям, я чуть не подпрыгивая побежала к Назару поделиться новостями про баню. Обняла его со спины и зажмурилась раздавшемуся бархатистому смеху:

— Как дела дома?

— Хорошо. К маме с папой гости приехали.

— Меня всё ещё хотят убить или помиловали?

— Не-а, – я помотала головой. – Папа решил отказаться от смертной казни и ограничиться открученными ушами.

— Уже прогресс. Но без ушей как-то тоже не особо радостно. Да?

— Ага!

Кивнув и встав на цыпочки, мне взбрело в голову немного подурачиться. Тем более ребята уже полчаса как уехали за продуктами и стесняться, кроме себя самой, было некого. Звонко чмокнув Назара в шею, я запрыгнула ему на спину, превращаясь в хихикающую обезьянку:

— Покатай меня, а я тебе кое-что расскажу.

— Секретный секрет?

— Не-а. Таинственную тайну.

— О-о-о, – протянул Назар и захохотал, подхватывая меня под ноги. – Ну раз таинственная тайна, тогда держись. И-и-и-и-го-го!!!

Взбрыкнув взаправдашним конем, он поскакал к морю, подбрасывая меня, смеющуюся в голос. После застыл на мгновение по щиколотку в воде и, издав новое «И-го-го», припустил по пляжу, ускоряясь и петляя. Я мотылялась из стороны в сторону, визжа от счастья, и все повторяла: «Ещё! Назар, ещё!» И мой конь, доскакав до края, срывался в обратную сторону, хохоча и фыркая. В какой-то момент, Назар перехватил меня и я оказалась уже не за его спиной, а спереди, все так же обнимающая его руками и ногами. Увидела прилипшую ко лбу челку, под ней смеющиеся глаза и счастливую улыбку.

— Тпру, мой коняшка, – прошептала ему и, поцеловав в губы, сползла вниз.

Завела руки за спину развязать лямки купальника и после, не разрывая взгляда, нащупала узелки на боках плавок. Я не чувствовала стыда, отбрасывая купальник на песок. Может лишь самую малость покраснела, когда провела ладонью по груди Назара и, опустив пальцы до резинки его плавок, оттянула ее вниз, намекая снять. Нет, между нами не могло быть смущения, ведь в карих глазах светилось то самое счастье, которое испытывала я сама. Рядом с ним. Здесь и сейчас. И именно сейчас мне захотелось прижаться грудью к вздымающийся после «скачек» груди, коснуться губами самых ласковых губ на свете и прошептать им то, что обещала рассказать:

— Папе сдали баню.

— Это хорошо. Надеюсь, она ему понравится.

— Понравится, он уже кому-то ей хвастается, – я нащупала и сжала ладонь Назара, чтобы снова заглянуть ему в глаза и на выдохе, боясь передумать в самый последний момент, произнесла. – Я хочу сходить с тобой в баню. И полежать в ванной. И ещё хочу на…

Воздух закончился раньше, чем смогла договорить, а уши все же предательски вспыхнули огнем. Только он даже рядом не стоял с тем, что разгорелся в глазах Назара. Медовые колечки с карамельными всполохами, едва ли не полностью захватили радужку, а пальцы переплелись с моими, словно так Назару будет легче.

— Я тоже этого хочу. А ещё хочу целовать тебя всю. Попробовать все то, что тебе захочется. В бане, в ванной, везде, где ты этого захочешь, и так, как ты этого захочешь. И ещё, – улыбнувшись, Назар коснулся моих губ и негромко рассмеялся. – Ты не поверишь, но я очень хочу в выходные валяться в постели до обеда и всё таки пересмотреть с тобой те мультики. Мы ведь ни одного так и не досмотрели до конца.