Книга Сирота. Фиктивная семья для губернатора, страница 73 – Марго Лаванда

— Почему вы не сказали? – пугаюсь.

— Это просто плановые анализы, – пожимает плечами.

— А она так испугалась за дедулю, ехидно замечает Анечка.

— Анна Игнатьевна, поможете мне платье погладить? Оно очень мятое, – просит Леся.

— Конечно, идем дорогая.

— Я хочу сама научиться.

Увы, я не успеваю следом за ними покинуть помещение.

Анечка вскакивает и преграждает мне дорогу.

— Поражаюсь вам с сестрицей! Вы конечно прошаренные нереально! И о деде волнуешься, и о девочке как о родной заботишься.

— Что ты пытаешься сказать? Что тебе подобное отношение к людям незнакомо?

— Нет, то что ты лживая насквозь!

— А ну перестала на дочь мою наезжать! – вмешивается появившаяся мама.

— Вот только вас еще не хватало! – выкрикивает Анечка.

— Это ты заткнись, шалашовка! Знаю я таких!

— Да как вы смеете меня оскорблять?? Я беременна!

— Мам, пожалуйста, не надо скандалить, – силой утаскиваю родительницу за собой.

— Ты так ничего и не поняла, Маша! Таким как она нельзя спускать! Она от этого только борзеет.

— Мне кажется ты сама говорила про крутой характер Аристарха Ивановича. Он не потерпит склок в своем доме.

— Его сейчас нет дома! – мама продолжает рваться в “бой”.

— Но слуги здесь. И они все доложат, мам.

— Ладно, отпусти меня. Я не буду возвращаться туда. Нет, ну до чего мерзкая особа!

Дубровский

— Ты должен сделать так, чтобы ни моей бывшей любовницы, ни этой странной Ланы в доме деда уже завтра не было, понял? – жестко заявляю помощнику, отбрасывая папку с отчетом.

Как же я задолбался. Дни, расписаны по минутам буквально. Из кожи вон лезу, чтобы другу помочь, хотя во многом он сам виноват. В некоторых вопросах наивен как ребенок. Бывший сотрудник собрал на Поларского целое досье, и после увольнения начал гадить, сначала по-мелкому, а потом и по-крупному. А Виталий, святая простота, до последнего был не в курсе. И ведь толком не совершил ничего криминального, но как оказалось, все зависит в каком ключе подать информацию. Это явный заказ от конкурентов. Есть одна гнида, метит на кресло мэра. Если доберется туда – все кувырком полетит. Потому что ни о чем кроме коррупции этот человек не способен думать. Уж мне хорошо известно. Тоже сталкивались, и я, в отличии от Поларского, быстро раскусил что почем.

Поэтому, я плотно занимаюсь делом Виталия. Это не страх что и меня за собой утянет, мне скрывать нечего, темные делишки – не мое. Может потому что из обеспеченной семьи, и никогда деньги не были для меня заветной целью. Хотелось сделать что-то значимое. Запоминающиеся, полезное.

Так что у меня основной мотив – это желание задушить в зародыше личность, которой точно не место в политике. Таких дел может наворотить – не разгребешь потом.

Конечно, не я один на своих плечах буду вывозить это дурно пахнущее дело. У Поларского целая команда юристов. Но моя помощь – это другое. Поэтому и торчу в столице. Вызвал Томинова для отчета, и тут же велю обратно отправляться. Путь там за обстановкой следит.

А я, при этом, больше всего на свете к Маше своей хочу. Тоскую безумно. Ругаю себя, почему с собой не взял. Бросил там. Среди гадюк.

Конечно, она бы ни за что Олесю не оставила, а у девочки школа, психолог. И все равно грызет мысль, что надо было обеих с собой забрать. Знаю, что дед ни Машу, ни Леську не даст в обиду. Но тем не менее.