Книга Сирота. Фиктивная семья для губернатора, страница 50 – Марго Лаванда

Пытаюсь вспомнить, знаю ее или нет. Память у меня нормальная, но столько лет, получается, прошло. Столько лиц, знакомств. С моей должностью встречи с разными людьми – неотъемлемая часть.

Нет, не помню эту женщину.

Которая сейчас скромно опускает глаза. Делает вид что очень смущена моим вниманием. Но я чувствую – притворяется. Играет роль. В ней все насквозь фальшиво.

Странно, Леся на нее не особо похожа. Не нахожу общие черты. Вот с Машей у нее куда больше общего.

Пи*** как все странно!

— Здравствуй, Олег, – шелестит женщина. – Я Лана. Но ты, конечно, меня не помнишь. Мы были вместе на вечеринке у Шестакова Кирилла… Я забыла отчество.

Так, Шестакова помню. Был в администрации не последним человеком. Сейчас в бизнес ушел.

Очень любил роскошные праздники, чтобы народу много и обязательно эскортниц побольше.

Ну да, пару раз я попадал на настоящие оргии. Молодым и зеленым был. Хорошо, быстро спохватился и понял, что подобное времяпрепровождение не совместимо с государственной должностью.

— Зачем ты ее привез сюда? – хмуро обращаюсь к Павлу.

— Она требовала. Хочет увидеть дочь.

— Насколько я понял, Лана Сергеевна, вы отдали дочь на воспитание государству.

— Я была молодой и глупой…

— И работали в эскорте?

— Зачем ты так, Олег… Почему на “вы”?

— Мне так комфортнее, Лана Сергеевна. Я сразу хочу расставить все по местам. Я вас не помню. Но Кирилла Андреевича Шестакова знаю. Пока это имя – единственное, что у меня может быть с вами общего. Дальше будет проведено расследование.

— Олег! Для чего ты все это говоришь? Пытаешься меня запугать? – Лана чуть не плачет.

Еще одна актриса в моей жизни. Да что ж мне везет на них? Как утопленнику…

— Я объясняю, что будет дальше. Если мы и правда пересеклись с вами, Лана Сергеевна, и мое отцовство подтвердится, в любом случае, вам рядом с моей дочерью делать нечего. Вы от нее отказались. Бросили. И опомнились, только увидев в прессе мое фото. То есть, интерес ваш очевиден. Он меркантильный и не более того.

— Ты не можешь говорить за меня! Что я думаю, чувствую, какие у меня интересы! – пафосно восклицает женщина. – Ты не имеешь права лишать меня дочери!

— О нет, я могу, и не только это. Воевать со мной будет очень накладно. Очень не советую.

— Я не хочу воевать! Олег, умоляю…

— А что ты хочешь? – от эмоций снова тыкаю этой бабе.

Бесит она меня неимоверно. Видно, что порхает по жизни стрекозой беззаботной.

Без обязательств, ответственности, какой бы то ни было. Зато хваткая, почуяв добычу, сориентировалась быстро. Но я не позволю ей разрушить то хрупкое счастье, что внезапно образовалось в моей жизни.

— Хочу семью, – шепотом отвечает баба.

Нет, ну это просто запредельная наглость!

— Лана Сергеевна, рассмотрим второй вариант. Если про отцовство ложь – это будет иметь еще более серьезные последствия. Вы отправитесь за решетку. Не получится сказать: упс, я ошиблась. Будет обвинение в травле, преследовании и намеренном введении в заблуждение. Это как минимум. Может мои юристы еще чего нароют, а они у меня зубастые. Хочу предложить максимально мягкий вариант. Вы сейчас сваливаете в закат, и я больше о вас никогда не услышу. Тогда преследований не будет.

— Может ты меня и не помнишь, Олег, но вот я помню тебя отлично, – шепчет, сглатывая, Лана. – Я уверена в твоем отцовстве. И ты от меня не отмахнешься просто так.