Книга Десятый стежок, страница 6 – Джейн Джонсон

Потом я снова задремала; если мне и снилось что-то еще – ничего не помню. А когда я проснулась окончательно, то обнаружила, что лежу прямо на книге. «Гордость рукодельницы» оставила у меня на спине все четыре отметины от тиснения, как шрамы.

В дверь позвонили. Майкл пересек комнату, подошел к окну и выглянул. На улице перед входом стоял мужчина, неуклюже переминаясь, словно ему приспичило в туалет. Одет он был слишком тепло для сегодняшней погоды: в старое шерстяное пальто и вельветовые брюки. Занимая выгодную для обозрения точку, с высоты птичьего полета Майкл впервые заметил, что макушка Стивена почти облысела, если не считать прикрывавшего ее зачеса типа «внутренний заем», – прядь выглядела так, словно ее приклеили. В этой части Сохо Стивен выглядел просто комически. Здесь молодые люди обычно разгуливают по улицам в облегающих рубашках, демонстрируя мускулатуру, в драной джинсе или в коже, светясь понимающими улыбочками, а туристы в поисках сильных ощущений, которые им не дано испытать самим, с опаской заглядывают сюда максимум на часок.

В те времена, когда Майкл только перебрался на эту квартиру, Олд-Комптон-стрит была совсем не такой оживленной и опасной. Теперь же, глядя на молодежную жизнь, кипящую внизу, он чувствовал себя так, как будто подглядывает в щелку за вечеринкой, на которую его ни за что не пригласят: он для этого слишком стар и слишком трезв. Особенно теперь, когда он вернулся на прежнюю стезю и снова стал играть роль верного мужа.

— Стивен! – крикнул он из окна и, когда тот поднял голову, прикрывая глаза от солнца, бросил ему связку ключей: – Держи! Верхний этаж.

На этой связке не только мои ключи, но и ключи Джулии, подумал Майкл уныло, когда бросал их вниз. Надо было бы вернуть их ей, раз уж все кончено. Но их последнее свидание было таким… словно поставило финальную точку в их отношениях.

Появление Стивена Байуотера прервало его размышления.

— А ты мог бы и забежать ко мне в магазин, – с упреком заявил Стивен, вытирая пот со лба. – Можно подумать, что до Блумсбери^[5] отсюда далеко топать. – Он с трудом выбрался из своего тяжелого пальто, словно демонстрируя, как нелегко ему пришлось.

— Не хотелось, чтобы нам кто-то помешал, – быстро ответил Майкл. – Сейчас сам все поймешь. Присядь…

Он сдвинул кипу газет и учебников с сиденья вытертого дивана, очищая место для гостя. Стивен Байуотер с большим сомнением осмотрел вытертую до основы и покрытую пятнами тканевую обивку, словно опасался прикасаться к ней своей задницей, потом, с трудом сохраняя равновесие, примостился на краешке, выставив вперед костистые руки и ноги и напоминая при этом богомола.

— Ты не пожалеешь, что пришел, – возбужденно продолжал Майкл. – Взглянешь и сразу все сам поймешь. Это совершенно необыкновенная вещь, настоящее сокровище, уникальная штука! Да что я разглагольствую! Посмотри!

Он достал из черного пластикового пакета небольшой предмет, завернутый в коричневую бумагу, и положил на кофейный столик. Гость осторожно развернул упаковку и вынул немного выцветшую книгу в переплете из телячьей кожи с золотыми блестками, оставшимися от тиснения на корешке. Пробормотав что-то восхищенное, он перевернул книгу, осмотрел спинку обложки, потрепанный обрез, блок и переплет.