Книга Кошка гуляет сама по себе, страница 43 – Натали Карэнт

А часа через четыре я уже еду по загородной трассе, везу ее домой, она — задумчива и молчалива. Ночь. Дорога пуста. Не рискнул отправлять ее одну в таком состоянии, поэтому сам уселся за руль. Впрочем, как и обещал. В это время сидят дома, семьи в сборе, все готовятся к празднику. Завтра Рождество.

Катрин просит остановиться и я съезжаю на обочину. Она выходит из машины и какое-то время идет пешком, осматриваясь по сторонам, будто ждет, что кто-нибудь выйдет к ней из темноты. Мне не по себе от этой ситуации, выхожу из машины, за ней, догоняю и, молча, иду рядом.

— Он задержался в Париже, — заговорила тихим голосом. Сначала, даже не понял о ком начала рассказывать. — Шел дождь. Я волновалась. Звонила ему. Через пять минут, потом каждые полчаса, после, уже несколько реже, через час, и так до самого утра. Я не знала, тогда, что мой третий звонок он уже не услышал. Его нашли утром. Он был не пристегнут — не похоже на него, вообще, всегда следил за безопасностью. На заднем сидении лежал пакет с подарком и телефон, на котором высвечивались десять моих звонков, — глубокий, прерывистый выдох, — но третьего он уже не слышал. Я убила его год назад, — наконец-то, поняв о ком она говорит, опустил голову. Тяжело вздохнул. — Я бесчувственная, да? — она вдруг остановилась и резко повернулась ко мне. Смотря в ее, несколько, припухшие, после слез, глаза, не мог ничего ответить. — Холодная, да? — настойчиво расспрашивает. — Сама знаю, что так, — продолжила, махнув рукой. — Знаешь, когда виновен в чьей-то смерти, половина тебя умирает с этим человеком, — высказавшись, решительным шагом отправилась обратно, к машине.

— Ты не должна винить себя, — все слова, которые я сумел выдавить из себя, садясь за руль.

Прощание казалось не настоящим и недолгим. Она вызвала такси и, сообщив об этом, закрыла передо мной двери своей квартиры.

И это все? Хотя, что от нее ожидать в таком состоянии?

Пройдя несколько ступенек вниз, услышал звук открывающихся дверей.

— Эрик!? — через секунду Катрин висела у меня на шее. Господи, неужели я этого дождался!?

— Котенок, люблю тебя, — шептал, осыпая ее поцелуями и крепко обнимая. — Мой телефон всегда будет лежать в кармане, обещаю.

И зачем это сказал? Чтобы успокоить?

— Никогда не позвоню тебе! — выговорила тихо, заглянула в глаза и ушла.

Как может изменить человека лишь один случай из жизни. И получается, что все время нашего знакомства в ней сидит жуткий страх того, что ее звонок может оказаться для меня последним. Вот и вся её серьёзность, весь страх.

Лежу на спине и смотрю в потолок. Голова тяжёлая, тело покрыто липким потом. Что со мной? Пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь, но в итоге — ноль. Не вставая, только глазами, оглядываюсь вокруг. Дома я, но что случилось-то?

Только через секунду мозг заработал и начала вспоминать недавнюю ссору.

— Чокнутая, — это он мне.

И похоже — прав. Точный вывод. Как ещё можно назвать человека, который встречает со злостью, разговаривает через зубы с тем, кто пришёл с серьёзным предложением? Романтичным, между прочим. С букетом цветов. Специально для меня выбирал. Конечно у него настроение изменится. И главное, как разговаривает, процедил сквозь зубы, со злостью и ненавистью во взгляде. А как по-другому? Ты же, чокнутая, вела себя отвратительно, ещё и отходила его подаренными им розами.