Книга Одержимость Сулима, страница 96 – Анюта Васильева

— Нет, мама, с Бараевым мы не поругались. И тем более он не обижал меня. Он даже без лишних вопросов отпустил меня к тебе.

— Тогда почему ты вчера такая перепуганная была?

— Мам, я тебе обязательно расскажу, но не сейчас! Это не секрет. Да и в любом случае ты когда-нибудь узнаешь всё. Но сначала я должна поговорить с Сулимом. Потому что это как в ситуации с Ниной. Сначала нужно разобраться, а потом уже разговаривать.

Вообще сейчас не понимаю, почему я так разнервничалась вчера?! Да! Тон девицы, конечно, был достаточно жёстким. И честное слово, не опасайся я за своего малыша, которого ношу под сердцем, я бы вцепилась этой силиконовой крокодилице в волосы. Такое желание было дикое. Но она говорила и говорила, а мне оставалось только слушать, потому что она меня буквально зажала в углу.

Я встала с постели и помогла маме немного прибраться. Мы вместе приготовили обед и не успела мама допить кофе, как ей позвонили с работы и попросили срочно приехать на сложную операцию. Моя мама не операционный хирург, она обычная акушерка. Но она довольно часто присутствует на операциях. На самом деле она очень много знает и умеет. Но для неё очень сложно перейти на новый уровень. Ей не единожды предлагали пройти обучение и оперировать. Но мама говорит, что не готова. Но я-то знаю, что она просто боится ответственности. Именно от неё будет зависеть жизнь людей. Что тут поделать, такой уж она человек. Ей сложно переступать черту. Пробовать что-то новое. Мама боится не справиться, обжечься, сломаться.

Примерно через полчаса после ухода мамы в дверь позвонили. Я по характерному нажатию безошибочно догадалась, кто пришёл…

— Привет!

— Привет! — произношу негромко в ответ и делаю шаг в сторону, впускаю Бараева в квартиру.

— Как ты себя чувствуешь?

Сулим без какого-либо смятения проходит вглубь квартиры. Снимает с себя пальто и кладёт его на стул, что стоит у кухонного стола. Пройдя чуть дальше, опускается на диван.

Я задерживаю на мужчине свой взгляд. На нём сейчас нет привычного мне делового костюма, сейчас на нём надета чёрная водолазка, она облегает его тело, выделяя каждую прокачанную мышцу. Джинсы также подчёркивают красоту его крепких ног...

— Всё хорошо! Я поговорила с мамой, мне стало намного легче.

Бараев замирает, я вижу напряжение в его взгляде.

— Ты говорила с мамой о вчерашнем?

— Ты о моём разговоре с той девицей? — смотрю Бараеву в глаза. Кажется впервые не страшась его совершенно. — Нет! Об этом я хочу поговорить с тобой! — кажется, Сулим хотел что-то сказать, но я его перебиваю. — Она твоя бывшая девушка? — этот вопрос больше был риторическим, ведь она сама мне пояснила, кто она такая. Правда, не бывшей назвалась, а просто девушкой Бараева.

— Никаких отношений у меня не было уже тринадцать лет.

— С тех пор, как ты убил своих жён? — взгляд мужчины снова становятся жёстким. Он какое-то время молчит, но очевидно поняв, что я настроена решительно на разговор, отвечает:

— С тех пор, как я убил своих жён! — несмотря на то что, казалось, я была морально готова к такому ответу, всё же вздрогнула. Эти слова Бараев произнес членораздельно, выделяя каждое слово.

— Расскажи мне, Сулим! Расскажи, как это было?

— Нет, Ярослава. Не в твоём положении, — ответ Бараева был достаточно категоричным.