Книга Доктор Пышка для бандита. Я тебя не отпускал!, страница 63 – Дана Блэк

Вечером во дворе поставили стол. Дагаев развёл костёр в мангале, повесил котёл. Варил уху сосредоточенно, как заправский повар. Мама ахала, отец курил в сторонке и довольно кряхтел.

Я помогала маме нарезать хлеб и зелень, расставляла тарелки. Дагаев ни разу не подошёл ко мне близко, не коснулся, даже взглядом не скользнул лишний раз. Был вежлив, обходителен, ну просто душка. За ухой он рассказывал байки про рыбалку, про какие-то невероятные случаи на реке, и отец заливался смехом.

— Много я в своей жизни рыбы переварил, — говорил Дагаев, разливая по тарелкам добавку. — Но сижу так хорошо первый раз. В ваш дом, честно скажу, приятно приходить. Как к себе.

— Приходите чаще, Арс, — мама чуть не плакала от умиления. — Будем только рады!

Я сидела, ковыряла ложкой в тарелке. Уха получилась очень вкусная, от чего я расстроилась, было бы приятнее, если бы он наварил какой-нибудь бурды! Есть ли, вообще, у этого мужчины недостатки? Я смотрела на Дагаева, который так легко родителей моих очаровывал второй вечер подряд.

Да, все зашло уже слишком далеко, и пора расставлять точки над И!

После ужина, отец с Дагаевым выпили ещё по стопке и закурили. Посиделки затягивались — они до самой ночи чесали языками, а мама хохотала. В небе зажглись звезды. Я слушала негромкий, уверенный голос бывшего однокласнника — он будто нитью вплелся в наш вечер, и сшил из него нечто особенное. И я бы рада была просто терпеть его присутствие.

Но мне нравилось, что он рядом.

И не нравились мои чувства.

Когда все засобирались спать, я вызвалась проводить гостя до калитки. Ночь была теплая, и от двух бокалов маминой наливки мне тоже было тепло. Мы шли по саду, и головокружительно пахло сиренью, над нами раскинулось звездное небо...

— Дагаев, я хочу прояснить один вопрос, — сказала и остановилась у калитки.

— Почему так скромно, Малышкина, только один? — он снова не принял меня всерьез, стоял напротив, на забор облокотившись, и улыбался.

— Значит, так, — улыбку его не поддержала. С духом собралась и посмотрела ему прямо в глаза: — Я тебе кое-что намомню сейчас. И жду честного ответа. Десять лет назад. Выпускной. Доска объявлений. Рейтинг девушек и Свинка Пеппа на последнем месте, — пытливо уставилась на него, — это ведь ты тогда составил тот рейтинг и обозвал меня? Ты?

Мы стояли у калитки. За ней — сад, полный лунного света и шелеста листьев. И где-то там мои родители. И, может, надо было выбрать другой момент для этого вопроса, когда точно никто не сможет помешать...

Но я больше не могла молчать и от себя скрывать, что это неважно, мне надо было услышать правду и не выгораживать мысленно Дагаева.

— Ты написал тот список? — повторила. — «Свинка Пеппа».

Он смотрел на меня долго, пристально, без привычной усмешки. И под конец его губы все же дрогнули. Дагаев провел рукой по волосам и ответил:

— Нет, Малышкина. Это был не я.

— Разве? — выдохнула напряженно и сложила на груди руки. — Я прекрасно слышала твой голос. Ты сказал: «Ну а что, я правду написал». И засмеялся. И все смеялись.

Дагаев сощурился, будто вспоминая, ему в памяти пришлось покопаться, чтобы ответить, тогда как у меня этот день десятилетней давности не забывался совсем.

— Список написал Илья Ковалёв, — ответил он после паузы. — Он же и повесил. Рисануться решил перед девчонками. А потом зассал. Выпускной уже был, но если бы передали директору и дошло до родителей — ему бы тачку не подарили, которую обещали на выпуск. Ты же помнишь его отца. А мне плевать было. Репутация такая бьла, и так все на меня думали. Он попросил, я подтвердил. Я даже не знал, что там написано, Малышкина. Потом уже прочитал.