Книга Бандит. Мне тебя подарили, страница 17 – Рия Уллу

Едва успела перевести дыхание — он уже навис сверху. Раскалённый, пульсирующий член прижался к входу. Ни намёка на нежность, но это и не было нужно — одним толчком он заполнил меня до предела.

Боль была острой, но короткой. Потом — только он. Его движения, его шёпот моего имени, его руки, вплетённые в мои. Мы двигались в ритме, который казался древним, как само время.

Я вскрикнула ещё громче, ногти впились в его спину, тело разрывалось между болью и блаженством. Он двигался как ураган — рвано, неистово, выбивая из груди прерывистые: «Да!.. Ещё!..».

Каждый толчок — удар тока по нервам, каждый отход — мучительная пустота, которую я спешила заполнить, впиваясь в его бёдра пятками, желая большего.

Его ладонь сдавила горло, заставив поднять взгляд. В глазах Марка горело пламя — хищное, всепоглощающее.

Воздух перехватило, от новой накатывающей волны оргазма, но я не сопротивлялась, позволив темноте по краям зрения сомкнуться, пока он вбивал в меня свой ритм.

Внизу живота нарастало цунами — глухое, неотвратимое.

Взрыв.

Судороги.

Падение в бездну.

Он замер, лицо исказилось от напряжения, и я почувствовала, как его тело дрогнуло во мне. Очнулась от того, что его зубы всё ещё впивались в плечо, а по внутренней стороне бёдер стекали тёплые струйки.

И больше ни слов, ни поцелуев — только его тяжёлое дыхание на шее и стук сердца, слившийся с моим в один безумный ритм.

Мы лежали сплетённые, мокрые от пота. Его рука обвила талию.

— Ты… — он не закончил, просто притянул ближе.

Но в его «ты» я услышала то, что он не решался сказать вслух: «Останься».

Марк

Утро. Солнечный луч пробился сквозь плотные шторы, играя на поверхности постели и осветив её волосы — светлые, золотые, растрёпанные на подушке. Она спала так безмятежно, прижавшись ко мне, словно искала защиту от всего мира.

Её рука была у меня на груди, и каждая её черта казалась необычайно нежной в этом утреннем свете. Я вспомнил вчерашнее: её стоны, дрожь тела, глаза, полные доверия и надежды. Она была так уязвима и в то же время сильна, как нежная ветка, сгибаемая ветром, но никогда не сломанная.

Я притянул её ближе к себе, вдыхая сладкий запах её кожи, который напоминал южные фрукты и весенние цветы. Хрупкая блондинка с огненным характером. Пару дней назад я бы рассмеялся, если бы кто-то сказал, что она займёт мои мысли так, словно стала частью меня.

Но теперь… Теперь я ловил себя на том, что гадаю, уцелеет ли это между нами, сможем ли мы сохранить это хрупкое соединение. Я знал, что она — из мира, где правят учебники и правила этики, а я — из теней, из бездонной пропасти, где выживает сильнейший, где каждый шаг продумывается, и каждый взгляд может стать предательством.

— Доброе утро… — её голос был сонным и тихим. Губы коснулись моей ключицы, и волна тепла прокатилась по телу.

— Уже полдень, — я усмехнулся, целуя макушку, ощущая, как её волосы щекочут мою щеку.

Я не смог сдержаться и прикусил её оголённое плечо, заставив её вздрогнуть, и в этот момент между нами вновь разгорелось то магнетическое притяжение, которое я давно не испытывал с кем-либо.

— Марк… — произнесла она, отстраняясь, но в её глазах читалась игривость, переплетавшаяся с той искоркой, которая прочно заполнила всё пространство между нами. — Пойдём завтракать? Или ты планируешь съесть меня?