Книга Жены убийц и их тайная жизнь, страница 21 – Элизабет Арнотт

«Вкусняшка». Так Стивен ее прозвал и с первых дней взялся задаривать. Итальянское белье, духи; он извлекал дорогие ювелирные украшения из комода и сопровождал их вручение цветистыми речами. Со своей стороны, Марго позволяла ему себя рассматривать. И демонстрировать приятелям, как редкую экзотическую птицу. Актрисой она была непревзойденной, амплуа – на выбор: кокетка, светская львица, «домашняя» девушка, которая и ступни помассирует своему милому, и тапочки принесет. Словом, подстраивалась под любую прихоть Стивена. А потом Марго Стивена разоблачила. И осознала: с дурными спектаклями у нее вышел перебор, и морщины уже появляются, и вообще она не справилась с главной ролью. Мысль о том, что ее обвели вокруг пальца, вызвала бешенство. Потому что не так тяжелы для нее были судебные заседания, шумиха и сплетни, как простой вывод: и ее тоже, оказывается, можно одурачить.

— Марго.

В секунду она возвращена к действительности. Над ней, помахивая широким шелковым шарфом и сверкая глазами, стоит Элси.

— У тебя же плечи обгорят.

Марго жестом отвергает шарф, садится на шезлонге.

От воды долетает визг: один из студентов подхватил девчонку, водрузил себе на мускулистые плечи. Беверли излагает свой план:

— Ты, Элси, ищи информацию о Кингах, узнай, нет ли связи между ними и семьей Черил. А нам с тобой, Марго, надо будет заняться стрелой, выяснить, что стрела символизирует, проверить – может, в округе есть клуб лучников, и кто вообще имеет доступ к оружию такого рода.

Марго кивает, тянется за пивом. Одного убийцу она уже поймала; справится и во второй раз.

— Черт возьми!

Беверли хватается за рукоятки секатора, тянет в разные стороны. От этой жары даже садовый инструмент – и тот работать не хочет.

— Полегче, Бев! – кричит мать.

Она устроилась на шезлонге ровнехонько посреди лужайки перед домом, откуда у нее отличный обзор на Беверли, занятую стрижкой живой изгороди. Алиса в белых узеньких брючках-капри бренда «Джекс»^[22] отхлебывает чай со льдом, закидывает ногу на ногу. Она смотрит на Беверли поверх очков. На веках голубая подводка Эйвон.

— Вечно ты применяешь к вещам ненужную силу! – Следует взмах руки. – Секатор сломается, если так тянуть. Мягче надо, деликатнее.

Беверли поджимает пальцы ног, обутых в шлепанцы от Шанель. Ощущение, что не до конца вымыты песчинки после вчерашнего дня на озере. Жаль, Беверли не может побольше узнать о Черил и ее вероятных связях с Кингами. В отличие от Элси, она не работает бок о бок с целой командой репортеров, которые специализируются на криминальной хронике. Зато у нее есть альбом. Надо проштудировать старые статьи – вдруг в одной из них упомянута стрела?..

Лезвия секатора внезапно размыкаются, Беверли вздрагивает, со вздохом отирает потный лоб. Критически оглядывает лужайку, щурясь от солнца. В траве странный бугорок. Это Тефтелька, ручная черепашка, медленно, но упорно продвигается к проезжей части. Беверли бросает секатор, хватает Тефтельку обеими руками. Панцирь раскалился на солнце, обжигает ладони. Беверли с удовольствием избавилась бы от черепахи, ведь Тефтельку подарил малютке Бенджамину ее муж, склонный к импульсивным поступкам. Всякий раз, увидев злополучного Тефтельку, Беверли вспоминает Генри; только ведь черепаха – не тряпки мужа, ее на заднем дворе не сожжешь.