Книга Грань запрета, страница 36 – Эвелина Гольдман

Какое-то время Влад ещё двигается во мне, потом начинает дышать тяжелее и вытаскивает член, кончая мне на лобок, растирая сперму по киске. Он устало кладет голову на мою грудь и мы так лежим.

— Я не сказала, потому что ты бы остановился, — он так же тяжело дышит.

— Остановился, — подтверждает.

— А я и ты этого хотели.

— Хотели.

— И ты в любом случае рад, что был первым, — дыхание выравнивается и он смотрит на меня.

— Рад, — я улыбаюсь глядя на моего, на моего Влада, и теперь он сам не поспорит со мной.

Влад поднимается с меня, так же стоя на ногах и отпускает взгляд туда:

— Тебе больно?

— Нуу, сейчас мне немножко больно, а до этого было нормально так больно, — снова хмурится, — Ты большой, — я бы даже сказала «слишком», — Пойдем искупаться?

Волны немного успокоились, а ветер стал тише, практически незаметным.

— Вода холодная для тебя.

— А ты меня согреешь, — какое-то время он размышляет, а затем подхватывает меня на руки и несёт к приступку для погружения в воду. Прохладная вода касаться моей ноги, а я стягиваю свое платье через голову, оставляя его на суше. Полностью вздохнув, я опускаюсь в воду и выдыхаю. Очень отрезвляет, главное принять в номере горячий душ потом.

Влад заходит в воду и обнимает меня, даже в такой прохладной воде от него исходит жар. Я поворачиваю к нему лицом и кладу голову на плечо.

— Я рада, что ты был моим первым, — а он молчит, лишь гладит мою спину. Возможно, он просто думает о том, как сказать моему папе.

— Пойдем скорее, ты замерзла, — мы выходит и быстро одеваемся, Влад накидывает поверх моей куртки свою и поднимает на руки, что я аж вскрикиваю от неожиданности.

— Ой, а зачем ты меня поднял?

— Чтобы ты по ступенькам не поднималась, — Влад ловко проносит меня по лестнице и ставит уже на дороге, в который раз замечаю насколько он спортивный и выносливый, правда вот перепады настроения очень мешают быть ему нормальным человеком. Но в этом весь Влад.

Мы идем по дороге в отель, народу нет вообще, а я ощущаю тянущую боль между ног, хочется скорее лечь в кровать и уснуть в обнимку с Владом.

Вот мы уже проходим к отелю и поднимаемся в холл, к нашим номерам и я решаю задать вопрос, который не следовало задавать. Потому что я не хотела знать на него ответ, как оказалось:

— Ты сам папе скажешь? — он смотрит на меня, будто не понимая, что я спросила.

— Мы не будем говорить Олегу, — я в недоумении, опьяненная чувствами и не сразу понимаю сути.

— Почему?

— Потому что это ничего не значит, — я не верю своим ушам и десять раз прогоняю эту реплику в своей голове.

— Как это…

— Мы просто взрослые люди, которые решили переспать, — вот и сказке конец, а кто Злата- тот глупец.

— Но ведь ты был…

— Первый, это же должно было когда-то случится, — я не желая больше делать себе больно, круто разворачиваюсь, сбрасываю его куртку с себя и захожу в свой номер. Я не плачу, нет. Я молча моюсь, сдираю с себя мочалкой его запах, напшикиваю на себя тону спрея для тела, чтобы перебить его запах, который успел въесться в меня и ложусь в постель. И тут меня прорывает, я даже не плачу, я просто вою. Пока не наступает утро и я не слышу фирменного стука в дверь, только ноги не ходят, а тело жутко ломит, глаза горят и я вообще не понимаю, что со мной. Так плохо.