Книга Гражданство магической реальности, страница 98 – Максим Сабайтис

— Чай выпьем в гостиной комнате, — торжественно объявила мама

Для нашей двухкомнатной квартиры, до сегодняшнего дня состоявшей из родительской и моей, очень громкое заявление.

Только где бассейн со спортзалом, там и гостиная найдется. И, очень надеюсь, библиотека.

Трясти родителей по каждому вопросу, заставляя их кэпствовать по несколько часов в сутки… мне отчего-то казалось, что эту стадию отношений мы переросли еще когда я пошел в первый класс школы. Но, выяснилось, что ошибался.

Пока закипал чайник, совсем обыкновенный, электрический, без каких-либо видимых чудес, хотя теперь уже не поручусь, я успел включить компьютер, а отец — зайти в дом.

Кинг-Конг, — набрал я в ответном сообщении Медее, как только загрузилась страница социальной сети. А потом еще немного подумал и добавил.

Дома. Завтра свяжемся.

В родных стенах, обещавших открыться с неизвестной стороны, все-таки накатила усталость. Если бы не энтузиазм родителей, лег бы и моментально заснул. Но зачем портить им праздник?

Когда отец позвал пить чай, я уже снова был готов к чудесам. На третьем или четвертом дыхании, но с готовностью бодрствовать лишний час или полтора.

— Я так понимаю, тебе надо показать, как пользоваться монарью и трирью, — отец широко улыбнулся, указывая пальцем на дверной проем.

— У нас на родине это считалось основами, но в рамках местной печати данную технику воспринимать гораздо сложнее. Восприятие пространства, которому обучают в детских садах и школах несколько ограничено. Возможно, придется избавляться от каких-то устоявшихся привычек и концепций.

— Монарь, дверь, трирь, — я понимающе кивнул.

— Дверь, это производное от два? Монарь — от “моно”, а трирь — от “три”?

— Пять баллов Имяреку за понимание этимологии! Но это только слова, их придумали для удобства описания и вписали в язык местной культуры с незначительными искажениями. А теперь подойди ко мне и потерпи немного занудной теории. Чай все равно только заваривается.

Я вышел из своей комнаты в прихожую. Звуковое оповещение о сообщении в социальной сети застало уже возле отца. Потом. После чаепития.

— Дверь, не самое точное понятие, но в нем есть очень полезный момент, — начал отец.

— Когда она распахнута, пространство снаружи и внутри едино. Но когда дверь закрыта, пространство делится на два разных. Эту мысль тут не воспринимают всерьез, а в ней ключ к пониманию пространственности. Распахнутая трирь все равно делит пространство на два разных. Как закрытая дверь. А когда она закрыта, то по другую сторону от тебя два разных пространства. И выбор, в какое попасть — за тобой. Он зависит исключительно от того, как именно открыть трирь.

Мимо прошла мама с заварным чайником. Прикрыв на мгновение дверь, она вошла в родительскую комнату, прикрыв за собой.

— Вот тебе наглядный пример. Открой её…

Я не ошибся. За дверью привычная родительская комната. Оппаньки… Похоже, пока для меня это не трирь, доступа к третьему пространству нет.

— А теперь посмотри на альтернативу. Когда знаешь, куда можешь попасть, работать с трирью намного легче.

Отец повторил те же действия с… трирью, что и мать, демонстрируя просторную комнату двумя декоративными колоннами, аквариумом и мамой, достающей сервиз из серванта.

— Только долго не тренируйтесь, у нас теперь достаточно времени на все эти дела. Делаете пару попыток, и приходите пить чай, — сказала она, оборачиваясь к нам.