Книга Гражданство магической реальности, страница 126 – Максим Сабайтис

Видимо, этот предмет выполнял в том числе и какие-то ритуальные функции, потому как мама смотрела на него с плохо скрываемым опасением и постаралась, между делом, выдерживать дистанцию между собой и белым покрытием, свисавшим до самого пола.

Олюэн терпеливо дожидалась нас, сидя по другую сторону от стола, в просторном кресле. Она приняла образ старушки, погруженной в старческую полудрёму, но теперь даже я понимал, что это всего лишь игра.

— Чайник вскипел, наливай себе и сыну, Вивер. Ждать осталось недолго…

Голос, звучавший в помещении, никак не увязывался со старческим обликом. То, что старушка в кресле так и не пошевелила губами я принял как должное.

— Присаживайся, — мама указала в сторону пары грубых деревянных табуреток. Я послушно сел.

— Если вы не против, то я покажусь…

Тело старушки завалилось набок, но в этот раз никакого превращения в множество хорьков не произошло. Зато в пространстве над столом возникло… нечто.

Оно напоминало набор излучающих неяркий свет ломаных полупрозрачных линий, пребывающих в постоянном движении относительно друг друга. А когда все это геометрическое световое многобразие пришло в движение, я внезапно понял, о чем писал Иезекиль когда упоминал колесо в колесе и ободья, полные глаз.

Это было завораживающе красиво. Купол “планетария” расцвел множеством точечных бликов, то разлетающихся в разные стороны, то собирающихся воедино в абстрактные узоры.

— Итак, у нас наконец есть свой перворожденный, — провозгласил голос, и до меня вдруг дошло, что я вижу перед собой подлинный облик Олюэн, какой он только может быть доступен для наблюдения невооруженным глазом обитателя этого мироздания.

Ассоциацию с понятием “ангел” приходилось отгонять от себя особенно тщательно.

К тому, что мои родители иномиряне я уже начал потихоньку привыкать, а вот осознание своего происхождения от ангелов… и так горы проблем от уподобления эльфам.

— Он еще очень юн и ничего не умеет, блистательная Олюэн, — мать почтительно склонила голову перед сгустком света.

— Ничего не умеющий перворожденный получил гражданские права… — голос самелианки словно примерял слова к реальности.

— Это необычное решение управы. Оно может иметь… скрытую политическую подоплеку.

Очень неуютно слышать вроде бы такие знакомые слова, но понимать, что присутствующие вкладывают в них какой-то альтернативный смысл.

— Я опасаюсь неизвестных факторов, блистательная Олюэн. Мой сын взял на себя обязательства, о которых нам ничего не известно. В этом приняла участие Мадам, её следы на браслете Имярека.

Мне показалось или часть линий Олюэн изменила окраску при упоминании хм… другой поддельной старушки?

— Лезвие тьмы!

Словосочетание прозвучало как ругательство. На всякий случай, я его запомнил.

— Протяни руку с браслетом и ничего не бойся!

Общая черта и той и другой фальшивой пенсионерки — в навыке командовать посторонними. Я вытянул руку еще до того, как испугался или осознал смысл распоряжения. Чертовы Бене Гессерит!..

Самелианка приблизилась настолько, что граница пребывания этого живого света оказалась перед моим лицом, а рука и вовсе погрузилась внутрь. Ощущение накатывающей магии, похожее на самое первое чудо, показанное Росомахой, ударило по нервам, как если бы я засунул пальцы в волшебную розетку. Нисколько не исключаю, что так оно и было.