Книга COLOVE-19, или Инфицированные беспроводной любовью, страница 39 – Зинаида Рауш

— Посмотрите на счастливого идиота.

— Найди меня, мама, на фото. Крайняя справа, заметь. Счастливые два идиота, я и он, – запела я слова песни.

— Мама, когда я рядом с ним, я забываю, где я, забываю, кто я, мама, – подпел он мне.

— Ты знаешь?

Мы вместе фоткались, смеялись, дурачились и пели эту песню.

Бродя по живописным развалинам замка, Анхель обращал мое внимание то на один средневековый экспонат, то на другой.

— А знаешь, моя родная, что тут разворачивалась одна история любви?

— И чья же это была история? Ты тут женился?

— Нет, – он засмеялся, – но, возможно, тут я и женюсь. История одной принцессы и идальго. Это произошло очень давно. До 4 декабря 1248 года, это точно.

— Откуда такие точные даты?

— Исходя из истории, в день Святой Барбары принц Альфонсо Кастильский, будущий король Альфонсо X Мудрый, напором и героической отвагой отвоевал бастионы у арабов. А эта история любви одной мавританской принцессы, дочери правителя. Следовательно, это было до. Век десятый, надо полагать.

— Ах ты мой историк! – ласково сказала я. Я знала о его страсти к истории.

— Между прочим, она была, прям как ты, мавританской принцессой, – он погладил меня по щеке.

— А почему я мавританская принцесса?

— Потому что ты все еще замужем за мавром, – рассмеялся он, – и звали ее почти как тебя, Захра.

— Ну положим, имя начинается на ту же букву, а дальше не так уж и похоже, – не согласилась я. Имя мне не нравилось, надо сказать. – Продолжаю твой рассказ, он же был настоящим испанцем! – рассмеялась я.

— Да, он был не только испанцем, он был самым настоящим дворянином. Его звали Рикардо де Оньяте, если история нам не врет. И он был христианином, а она, как ты уже слышала, дочерью мусульманского правителя. Его семья яростно боролась против режима, но, так и не добившись успеха, вынуждена была покинуть страну. А Рикардо этого сделать не смог, так как его сердце навеки осталось в этом замке. Они полюбили друг друга.

— Трогательно.

И мы начали дурачиться, как будто примеряя на себя роли этой влюбленной пары, на мгновение воскресшей в веках. Он вставал передо мной на одно колено, как истинный идальго, и преподносил в дар цветок, сначала прижимая его к своей груди. Я брала цветок из его рук, целовала и заправляла в волосы, изображая ужимки скромной мусульманской принцессы. Мы словно дети играли в эту игру без слов.

— Но разгневанный отец узнал об их любви, приказал схватить юношу и казнить. А Захру выдать замуж за султана Дамаска. Но девушка заболела и начала чахнуть от горя. «Я разрешу тебе выйти за него замуж только в том случае, если назавтра земля вокруг станет белой. А если нет – его казнят», – заявил отец. Всю ночь несчастная принцесса молилась о чуде.

— И выпал снег, – предположила я. – Грозный отец простудился и умер, а Рикардо отпустили. Так?

— Почти. Только то был не снег. Утром все изумились: апельсиновые и миндальные деревья утопали в белом цвету! Когда же Захра пришла к отцу, чтобы рассказать о чуде и просить его изменить свое решение, на самой высокой башне она увидела бездыханное тело своего возлюбленного. Вероломный правитель не сдержал своего слова.

— Следовало ожидать, мусульманкам нельзя замуж за христианина. Как бы на это пошел отец, отдав свою собственную дочь неверному? – пояснила я.