Онлайн книга «Не остуди своё сердце»
|
— Я его не хоронила, – вспоминала Ида, – мне его тело просто не отдали, похоронили его там же, на родине. Дочь Якова от первого брака посоветовала мне не связываться с тамошней роднёй – опасно. А потом оказалось – несколько лет получали за него пенсию, как за живого… Ида сделала ещё попытку обзавестись семьёй – но на этот раз неудачно. Через год они разошлись. От института, где работала Ида, ей дали однокомнатную квартирку в центре Одессы, на улице Троицкой. Сюда я и прибежала в первый же день пребывания в Одессе, чтобы повидать свою двоюродную сестру Иду. Что-то она перестала отвечать на мои звонки из Петропавловска… Вот улица Троицкая, нужный дом, я узнаю дверь квартиры Иды, но ответом на все мои звонки и стук – молчание. Жива ли сестра, ведь скоро ей будет уже девяносто… Звоню соседям, и узнаю – жива! Забрали её добрые люди, чтобы досмотреть… А в Идиной квартире ими уже делается ремонт… СПАСИБО доброй соседке Людмиле – она позвонила опекуну Иды, бывшему её сослуживцу и соседу Ивану Семёновичу Нищенко. СПАСИБО судьбе – день был субботний, и он оказался дома. СПАСИБО самому Ивану Семёновичу – действительно, добрый и отзывчивый человек. Чтобы дать мне возможность увидеться с родственницей, он отложил все дела, немедленно прибежал за мной, чтобы сопроводить к сестре, на его новую квартиру, на улице Успенской. Это – не очень далеко, через несколько кварталов. И вот я обнимаю сестру… Какая она стала маленькая и худенькая! Впрочем, она всегда была миниатюрной. Оказывается, дело не только в этом – недавно Ида переболела тяжёлой формой воспаления лёгких, лежала в больнице, и семья Ивана Семёновича всё делала для того, чтобы помочь ей преодолеть болезнь, покупала дорогие лекарства! — Живу, как у Христа за пазухой! – сообщила мне Ида. Похоже, она говорила правду – у неё отдельная комната, рядом – кухня, где она и возилась, когда я пришла. По всему видно – люди живут в достатке. Иван Семёнович показал мне всю квартиру, напоил чаем и даже взялся готовить для нас обед, пока мы с Идой погрузились в воспоминания давно минувших дней. Здоровье Иды теперь пошло на лад… Мы сфотографировались на память, хоть я надеялась ещё забежать к ним, и попрощались. Я снова попытаюсь увидеться с ней через два дня, принесу ей одну из своих книг и семейное фото, где она совсем молоденькая. Но их мне придётся передать через соседку Валентину – все будут на работе, и открыть дверь а этот раз мне будет некому… — Вот такие хорошие люди присматривают теперь за моей сестрой, – с удивлением поделюсь я со случайной собеседницей в трамвае. — А вы напрасно удивляетесь, – скажет она мне. – У нас, в Одессе, так не поступают со стариками, как где-нибудь в Москве, из-за квартиры. – У нас, действительно, хорошо, честно, с любовью смотрят за ними… Такие у нас люди… По её утверждению, в Одессе живут только хорошие люди… ДИЧАЕМ… «Кто дома не гож, тот и в людях то ж» Из Петропавловска сюда, в Одессу, в шестидесятые годы приехала моя тётя со своими тремя детьми. Со временем все разделились, получилось три семьи. При матери худо-бедно ладили, а когда её не стало, перессорились, и не общались много лет. Кто-то умер, кто-то уехал, теперь остались только девяностолетняя Ида и её сорокалетний племянник – внук родной сестры. Вчера повидалась с Идой, спросила её про Иннокентия – она ничего не знает о племяннике, между тем, как чужие люди уже овладели её квартирой и присматривают за ней. А как они могли бы быть полезны друг другу, ведь мне известно, что и он одинок! |