Книга Пламя и пепел. Обещанные, страница 70 – Леока Хабарова

Вихрастый, прыщавый, нахальный и вредный. Не нужен ей такой жених!

Лавьен прошла через кухню, спустилась в кладовую и, никем не замеченная, юркнула на лестницу, ведущую в погреб.

Внизу пахло сыростью, плесенью. Низкие потолки, шеренги бочонков, пыльные бутыли из толстого ледийского стекла, здоровенные плетёные корзины, паутина, темень и больше ничего. Никаких светляков-самоцветов.

И как прикажете желание загадывать?

Наверное, надо подождать, решила Лави и принялась ждать. Но светляки так и не появились. Зато где-то в глубинах что-то заскрежетало, грохнуло, и затрепетал во мраке жёлтый огонёк свечи.

Кто-то приближался. Лави различила голоса. Требовалось срочно укрыться, спрятаться — если её здесь застукают, отец наругает так, что мало не покажется: где это видано, чтобы принцесса-наследница бродила по подземельям! Не долго думая, Лавьен залезла в пустую корзину. Нахлобучила крышку и затаила дыхание.

— Что за срочность, Улсадру? — спросила тёмная фигура, и Лави мгновенно узнала голос Ширайни Луум.

Бабуля? Что она тут делает? И кто такой этот Улсадру? Здоровенный, в балахоне, лицо скрыто за капюшоном.

— Слепая шепталась с Сумраком, — голос грубый, низкий. Какой-то нечеловеческий.

От догадки мороз побежал по коже, и Лави чуть не охнула — пришлось даже рот ладонью зажать.

Урглам! Это урглам! Самый настоящий! Из тех, что жгут людские селения и убивают всех без разбору! И бабуля говорит с ним… как со старым знакомым!

— Тьма приближается, — продолжил урглам. — Повелитель теней ищет новый сосуд. Он хочет посеять семя раздора и начать войну, от которой содрогнутся небеса, а земля напитается кровью.

— Пока мы живы, этому не бывать, — сказала Ширайни Луум.

— Для того и нужна лига Шепчущих, — согласился урглам.

— Сколько у нас времени?

— Не больше десяти вёсен.

— Совсем мало! — Ширайни нервно шагнула в сторону. — Я займусь Авианом. Устрою, чтобы он согласится на переговоры с ургламами. Он сейчас особенно расположен к союзам. А ты убеди Совет Неспящих сдержать наступление в Костяной пади.

Улсадру тяжело опёрся на посох.

— Ты придумала, кого из Шепчущих внедрить к ургламам?

— Есть один кандидат… — загадочно произнесла Ширайни Луум.

— Тот смешенец?

— Он самый, — кивнула Ширайни. — Уж кто-кто, а даровитый знахарь никогда не вызовет подозрений.

— Главное, чтобы Будгра его послушал.

— Послушает, — убеждённо заявила Ширайни. — Пусть не сразу, но послушает. Я в него верю.

— Хорошо, если так. — Улсадру вдруг стиснул Ширайни в объятиях. — Рад был тебя повидать.

— И я тоже. Ты верный друг, Улсадру. И самый талантливый мой ученик. — Ширайни Луум отстранилась. — Кротовьи норы по-прежнему ведут в Подземье?

— Да. Но по-прежнему полны ловушек, — хмыкнул урглам.

— Тогда будь осторожен.

— Я всегда осторожен. — Он приблизился к дальней стене погреба и дважды ударил посохом о землю.

Стена с грохотом отъехала в сторону.

— Береги себя, Ширайни Луум, — сказал Улсадру. — Если тебя не станет, все старания лиги пойдут прахом.

— Ступай, — отозвалась бабуля. — И да прибудет с тобой Сумрак и вечная мудрость его.

Тайный проход закрылся, жёлтый огонёк погас. Ширайни Луум ушла.

Лави, для верности досчитав до сотни, отбросила с корзины плетёную крышку. Высунулась, с опаской озираясь по сторонам, и…