Книга Пламя и пепел. Обещанные, страница 101 – Леока Хабарова

Настоящее. Глубины Угрюмых Равнин. Блуждающая крепость. Тронная зала Повелителя теней

Рейнара трясло. Он ничего не соображал. Меч выпал из ослабевшей руки и с лязгом ударился о камни. Самого же Рея не удержали ноги, и он опустился на колени рядом с поверженной сеферидой. Склонился над ней. Всмотрелся в обезображенное злым чародейством лицо.

— Лави… — К горлу подкатил ком. Глаза щипало. — Прости меня. Прости. Не уберёг… Не смог подарить тебе счастливую жизнь, но… подарю достойное посмертие. Никто больше не завладеет твоим телом и душой. Обещаю.

Рейнар подался вперёд и прильнул губами к губам. Холодным, посиневшим. Разумеется, он не ждал отклика. Не ждал чуда. Рей вообще ничего не ждал — просто целовал в последний раз любимую женщину, а потому не сразу заметил, как стальная чешуя на хрупком теле растаяла. Чудовищная пасть затянулась. Костяные наросты и шипы рассыпались прахом, а крылья исчезли, словно их не было.

Лави, с ног до головы покрытая вязкой слизью, распахнула глаза и судорожно втянула ртом воздух.

— А-ах! — она порывисто села, и Рей, ошалевший от счастья, крепко стиснул её в объятиях.

Говорить он не мог — слёзы душили.

— Я… всё ещё чувствую в себе его силу… — чуть слышно прошептала Лави куда-то ему в грудь.

— Чью? — спросил Рей, слегка отстранившись.

— Мою, дурень! — громко гаркнул Костоправ, оторвался от пола и завис под самым потолком. Блёклые злые глаза налились кровью.

Улсадру среагировал первым. Нацелил посох, выкрикнул заклинание, но шемесов мясник оказался проворней: стиснул кулак, и старый урглам покачнулся, схватившись за сердце.

— Ашхаала! — Лави вскинула руку, растопырив пятерню.

Мощный поток сумеречного пламени сорвался с ладони… и вдребезги разбился о чёрно-красный панцирь возникшего из ниоткуда магического щита. Тёмные искры разлетелись в стороны, ярко вспыхнули и погасли, а отдача швырнула Лави к стене.

Костоправ расхохотался.

— Меня хранит сила твоей клятвы, Бьёрг, Пепельная дева! Или правильнее называть тебя принцессой?

Контратака была сокрушительной. Гудящая чёрная волна, сотрясая крепость, устремилась прямо на Лави.

Рейнар, недолго думая, оттолкнул чародейку, принимая удар на себя.

— Рей! — Лави кинулась к нему. Костоправ усмехнулся и растаял, как предрассветная дымка. — Рейнар!!!

— Ничего… — Рей подавился кровью. Закашлялся. Ухватился за обожжённую грудь. Вдохнуть не получалось, мир перед глазами стремительно темнел. — Ничего… Это… Всего лишь… пешка… Важно… Чтобы… хватило… сил… на Драксуса…

— Рей… — с ресниц Лави сорвалась слезинка и упала ему на лицо. — Это и был… Это и был Драксус!

Настоящее. Глубины Угрюмых Равнин

— Вот, возьми, девочка. — Улсадру накинул ей на плечи изодранный плащ. Тяжёлый и тёплый. — Помнишь хоть что-то?

— Смутно. — Лави покосилась на лежащего на груде шкур Рейнара. — Как он?

— Всё ещё в горячке, — сказал учитель. — Йордранг отпаивает его настоем горного лишайника, это должно помочь.

Лави кивнула. Она уже успела познакомиться с Йордранг и та поведала, как одержимый зовом тьмы Рейнар столкнул её с утёса. Улсадру отыскал шаманку и залечил раны чародейством.

Теперь же Йордранг укрыла их в пещере, где во время долгих кочевых переходов останавливались её соплеменницы, и помогала выхаживать впавшего в беспамятство Рейнара.