Книга Герцогиня под прикрытием: кухарка на полставки, страница 19 – Екатерина Евгеньева

— Так мило с его стороны, — без разрешения я уселась в кресло прямо напротив него.

Поросячьи глазки тут же впились в шрам на моем лице, беззастенчиво его разглядывая. Линия пересекала щеку и уходила к виску.

— Особенно после того, что он о себе услышал. Бесспорно, мне повезло. Такой отходчивый мужчина, это просто дар богов.

— Хелен, — мать говорила медленно, четко произнося каждую букву моего имени.

— О, уверена граф не в обиде. Он же, как-никак, смотрится иногда в зеркало, в отличие от меня.

— Так, все! — мать, не выдержав, сунула мне в руки свиток.

Боится, что я наговорю еще на несколько золотых?

— Подписывай!

Специально долго вчитываюсь в стандартный текст документа. Ну хотя бы здесь мать не стала юлить. Образец был в своде законов, и я выучила его практически наизусть. «Такой-то берет в жены… имя и фамилия. Дата, подпись». Ничего критичного.

— Подписывай! — сорвалась на крик Маргарет, когда я в третий раз вернулась к началу текста.

Деваться некуда, и я поставила подпись. Писала неуклюже в надежде, что будет трудно прочесть. Но для матери это было неважным. Как только перо закончило движение, она вырвала пергамент и жадным взглядом пробежалась по строкам.

— Ну вот, граф, — довольно улыбнулась удачно заключенной сделке. — Сегодня же отдам документы в канцелярию. Думаю, их рассмотрят быстро. Неделя, не более. Так что забрать жену сможете уже в следующий вторник.

— С вами приятно иметь дело, — пожал ей руку мой теперь почти уже муж. — Хел, — обратился ко мне, — я буду очень рад видеть вас у себя дома. Обещаю, вам понравится.

От его слов меня бросило в дрожь, и ладошки сразу стали мокрыми от пота. Громко сглотнула. Шрам на щеке пульсировал жаром, предупреждая об опасности. Тон графа не предвещал совсем ничего хорошего. И в том, что мне понравится, тоже есть сомнения. Скорее, понравится ему.

— Хел, — мать смотрела на меня исподлобья. — Я прошу тебя не делать глупостей. Во имя Розалин и всей нашей семьи. Веди себя благоразумно.

Захотелось рассмеяться. Это она сейчас мне так тонко намекнула, чтобы я не смела выходить из комнаты в окно третьего этажа? Да как бы и в планах не было. Но я просто люблю жизнь. А вот чем руководствуется эта странная женщина? Я должна забыть их ко мне отношение и все простить?

Вслух же произнесла совсем другое:

— Я самый трезвомыслящий человек в этом доме, матушка. А теперь, — поднялась с кресла, подбирая серый подол своего «великолепного» платья, — мне пора идти. Надо начинать собирать вещи.

Мать кивнула, даже не подумав о том, что у меня всего несколько платьев и нет личных вещей. Ее мысли уже были заняты другой дочерью. Я же практически вбежала к себе, запирая дверь изнутри. Пора готовиться к побегу!

Елена

Ожидаемо вещи собрала быстро — пара платьев легко уместились в небольшую сумку. Удивительно, что у меня вообще было хоть что-то в шкафу. Теперь финансы. Как ни прискорбно это заявлять, но с деньгами у меня туго. Опущу тот факт, что наличности в комнате я не нашла. А про украшения, которые можно заложить, и думать не стоило — пусто.

— Да уж, Хелен, — прикрыла глаза, собираясь с мыслями. — Интересно, если я возьму у матери немного, это будет воровством?

Совесть грызла меня совершенно бессовестно, и я терзалась сомнениями, молча уставившись в стену.