Книга Вторая семья генерала дракона, страница 13 – Кристина Юраш

Я с силой провел ладонью по лицу, стирая наваждение.

— Хватит, — прошипел я в пустоту.

Голос прозвучал хрипло. В комнате стало душно. Жар поднимался от кожи, заставляя пот пропитывать рубашку.

Я встал, обошел стол и щелкнул замком. Тяжелый дуб отсек коридор. Теперь я был один. Наедине со своими чудовищами. Со своей болью.

Пальцы автоматически нашли застежки камзола. Ткань с шорохом упала на спинку кресла. Затем пуговицы сорочки. Я спустил белую ткань с левого плеча, обнажая шрам.

Он был уродлив. Кривой, бугристый рубец, тянувшийся от ключицы к лопатке. Я помню, как смертоносное заклинание чиркнуло по мне. Думал, что он затянется бесследно. Но нет. Магия оказалась настолько сильна, что остался рубец. Напоминание о том, что я выжил там, где другие сгорели. Кожа вокруг была натянутой, белой, мертвой.

Я взял со стола небольшой нож. Лезвие блеснуло в свете свечи.

Глава 13. Дракон

Первый порез был поверхностным. Кожа сопротивлялась, потом лопнула. Темная капля крови выступила на поверхности. Я провел лезвием вдоль рубца, чувствуя, как тупая боль перерастает в острую, чистую вспышку.

Вдох сквозь зубы. Выдох.

Боль была реальной. Она была честной. Она не лгала, как мои мысли о невесте, не манила призраками прошлого, как лица на фотографиях. Она просто была.

Я вспоминал, как стоял перед матерью Эдрика. Она еще не знала. Была приветлива. В кресле лежал свитер, который она ему вязала. Клубочки лежали в корзинке. Со стены смотрел его покойный отец.

Я помнил, как изменилось ее лицо, когда я сказал ей правду. Правду, из-за которой я здесь.

Как она не поверила. Первые несколько секунд она не верила. А потом осела. Свитер, который она вязала, был уже не нужен. Только сейчас она это осознала.

«А у меня позавчера еще нитка порвалась!» — жалобным голосом, словно плачущий котенок, произнесла она. — «Я подумала, что это нехороший знак…»

Служанки обступили ее со всех сторон. А я понимал, что мне пора. Я не стал говорить про медаль за отвагу. Не стал расписывать великий подвиг. Это не утешит ее. Сейчас я оставлял ее наедине с горем.

Я сделал еще один надрез. Кровь потекла быстрее, окрашивая белую ткань сорочки. Я смотрел на нее завороженно. Красное на белом. Жизнь, которая уходит, чтобы напомнить о том, что я еще здесь.

«Как ты думаешь? Свадьба летом — это хорошо? Или лучше весной?» — слышал я голос Кайла. Где-то громыхали заклинания и снаряды.

А потом его невеста. Такая же, как на портрете. Она поняла все сразу. Я даже рта не успел раскрыть. Она тут же упала и зарыдала.

Почему вы мертвы, а я дышу?

Вина сжала горло тяжелым комом. Я оперся свободной рукой о стол, склонив голову. Дракон внутри рычал, требуя выплеска, но я держал его в узде. Только боль. Только искупление.

Стук в дверь прозвучал как выстрел.

Я вздрогнул. Рефлексы сработали быстрее мысли.

Нож исчез в ящике стола. Фотографии друзей перевернулись лицом вниз, скрытые папками с отчетами. Я метнулся к умывальнику в углу, плеснул водой на руки, стирая кровь. Ткань сорочки уже была испачкана, но камзол скроет это.

— Войдите, — мой голос прозвучал ровно. Ни дрожи, ни сбивчивого дыхания. Маска генерала встала на место за секунду.

Дверь распахнулась.

В комнату влетела Донна. Ее глаза были красными, лицо мокрым от слез. Она выглядела хрупкой, сломленной.