Книга Жена дракона. Ты не поверил мне дважды!, страница 82 – Кристина Юраш

Не потому что он ослушался.

А потому что он сказал правду, которую я так отчаянно пытался отрицать.

Я не знаю, что именно толкнуло меня в ту ночь. Тихая, почти незаметная уверенность в голосе Харджеса? Или просто гнилая, постыдная надежда на то, что мертвые иногда способны вернуться? Что-то из тех детских сказок, в которые я перестал верить еще до того, как научился читать.

«Сын. Посмотри на этих людей», — слышал я голос отца. Даже сейчас плечо прогнулось под тяжестью его руки. — «В этом мире все лгут. Все. Нищие лгут, чтобы разбогатеть. Богатые лгут, чтобы получить влияние. Виновные лгут, чтобы избежать наказания. Этот мир лжет. Доктора лгут больным. Больные — докторам. Ты должен всегда помнить об этом. Никто не скажет тебе правду! Ни в лачуге, ни во дворце! Если правда — это валюта, то в этом роскошном зале все нищие!»

«Но ты же веришь маме!» — вздохнул я, пытаясь осознать, что все улыбки вокруг меня — ложь.

«Мать не может солгать. Я сразу же увижу, когда она лжет. Именно поэтому с ней я спокоен!» — произнес отец, пока другие кланялись ему. И тут же переводили взгляд на меня.

«А ты? Разве ты не лжешь?», — спросил я, глядя, какими лучезарными улыбками одаривают нас присутствующие.

«Я тоже лгу. Но сейчас я говорю правду. Мы богаче других, потому что на нашей стороне правда. Я заинтересован в том, чтобы дом Гарзар выжил. Поэтому тебе я буду лгать в последнюю очередь, сын!»

«Тогда получается, что верить можно только себе?», — спросил я, чувствуя, как мне становится грустно.

«О, себе ты верить не должен. Твое тело, твой разум — самые большие лжецы! Поэтому ты должен проверять себя! Каждый раз!», — рассмеялся отец.

И сейчас я не верил себе. Но где-то в глубине души что-то меня мучило, тревожило. А что если… Я на секунду закрыл глаза и тут же помотал головой.

Нет. Мне нужны факты. Четкие, понятные факты.

В огромном зале библиотеки царила густая, давящая темнота. Я не стал звать слуг, не стал зажигать люстру. Не хотел чужих глаз, блуждающих в полумраке. Не хотел шепота за спиной, который неизбежно превратился бы в сплетни к утру. И уж тем более не хотел, чтобы кто-нибудь видел, какие именно фолианты я снимаю с самых верхних, запыленных полок.

Посмертная магия. Остаточная память души. О тонких границах между жизнью и смертью. Перенос сознания: мифы, ересь и опыты северных школ.

Я складывал тяжелые книги на массивный дубовый стол одну за другой. С глухим стуком падали кожаные переплеты.

Пыль взвилась в воздух, медленно оседая на рукавах моего камзола, на пальцах, на темную, отполированную поверхность дерева. Единственная свеча на столе дрожала, отбрасывая на стены искаженные, дерганые тени, похожие на корчащихся призраков.

Я открыл первый трактат. Потом второй. Потом третий.

Я читал быстро. Жадно. Зло.

Будто мог найти на пожелтевших страницах не сухое знание, а истину. Будто буквы могли сложиться в оправдание для моего разума.

«Сохранение личности после физической смерти теоретически возможно лишь при условии незавершенной магической связи. Однако, это только теория… На практике еще никому не удалось перенести душу из тела в тело».

Я замер. Воздух застрял в легких. Я прочитал строку еще раз, вглядываясь в выцветшие чернила, словно они могли изменить свой смысл. Потом следующую.