Книга Развод с генералом. Без вины виноватая, страница 159 – Кристина Юраш

Покойный герцог сидел напротив и наблюдал за моими попытками с ласковой улыбкой.

— До ворот оставалось совсем немного, — заметил он, повернув голову к окну. — Каких-нибудь пятьдесят шагов. Обидно, правда?

Я снова дёрнула ручку. В раненых ступнях вспыхнула боль, но я всё-таки поднялась с сиденья и навалилась плечом на дверцу. Отчаяние захлестнуло меня. Я же была уверена, что после убийства Гаррета у него не осталось сил. Но я ошиблась.

Дерево под руками не дрогнуло.

— Ты не сможешь меня удержать, — выговорила я, тяжело дыша. — Ассер знает о перстне. Маги уже пытались его снять.

— Я знаю, — спокойно ответил герцог. В его голосе слышалась ласка, от которой меня начало мутить.

Жёлтый камень на его прозрачной руке блеснул.

Взгляд покойника опустился к моей груди. Туда, куда несколько минут назад я прижимала повреждённую ладонь Ассера.

— Я слышал каждое слово, — продолжил он почти нежно. — Чувствовал, как бьётся твоё сердце под моим перстнем. Признаюсь, это было приятно. Почти как прежде.

Меня замутило ещё сильнее. Я машинально провела ладонью по ткани, словно могла стереть его прикосновение.

— Это была рука Ассера, — процедила я сквозь зубы. — Не твоя.

Улыбка исчезла. Всего на мгновение. Но мне хватило. Он по-прежнему ревновал к собственному сыну. Даже после смерти.

— Ты прижала к себе то, что принадлежит мне, — напомнил герцог, медленно поворачивая кольцо на пальце. — Мой перстень. Мою кровь. Моего сына. Ты всегда выбирала всё моё, кроме меня самого.

Я схватила тяжёлую бронзовую пепельницу, стоявшую в углу кареты, и ударила ею по стеклу.

Раздался звон. По окну разбежалась тонкая трещина, но стекло выдержало. Снаружи никто не пошевелился.

Я ударила снова.

Покойник оказался рядом раньше, чем пепельница в очередной раз коснулась окна. Прозрачная рука перехватила моё запястье.

Кожу обожгло холодом, словно я сунула её в сугроб. Пепельница выпала из онемевших пальцев и ударилась о пол.

— Отпусти! — потребовала я, пытаясь вырвать руку.

Герцог притянул меня ближе. От него пахло туберозой, влажным камнем и чем-то сладковатым, похожим на масло, которым натирали тела перед погребением.

— Я уже однажды отпустил, — прошептал он, прикасаясь губами к моему виску. — Не по своей воле. Больше эта ошибка не повторится. Зачем мне ждать, когда ты уедешь? Я же сказал, что я не хочу жить без тебя.

Я ударила его свободной рукой. Ладонь прошла сквозь прозрачное лицо. Холод впился в пальцы и поднялся до самого плеча.

Герцог тихо рассмеялся.

— Ты… ты потратил силы на Гаррета, — напомнила я, отступая, насколько позволяла его хватка. — Мари сказала, что у каждого призрака есть предел. После убийства ты должен был ослабнуть. Ты не сможешь перенести меня.

Смех оборвался.

— Эта девчонка слишком много узнала, — произнёс покойник, и в его голосе впервые появился холод. — Следовало сжечь её тщательнее.

Я снова рванулась. На этот раз пальцы герцога сжались так сильно, что кости в запястье хрустнули.

— Но в одном твоя горничная была права, — продолжил он, с удовольствием наблюдая за моей болью. — Каждое движение требует сил. Поэтому я не тратил их напрасно. Ждал. Собирал. Берёг для тебя.

— Ты только что убил человека, — возразила я, чувствуя, как голос начинает дрожать.

— Гаррет? — переспросил герцог, словно не сразу вспомнил имя истопника. — Он не стоил и сотой доли того, что я приготовил для тебя. Мне потребовалось только повернуть руку.