Книга Затерянная, страница 14 – Лина Розен

Океания перебирала волосы, пытаясь унять волнение и не смущать любопытством других учеников, когда почувствовала запах моря: такой знакомый и родной, что подалась вперед, ища источник. Ее глаза встретились с зелеными глазами юноши, вошедшего в комнату, и девушка тут же отвернулась.

— Прошу прощения за опоздание, – он огляделся. – Я могу...

Учительница махнула рукой. Ванесса сильнее скрестила пальцы, но опоздавший прошел ровно к тому месту, где сидела Океания.

— Великие боги, и ты Зевс… – прошептала Океания, закрывая глаза и чувствуя, как сила стремится соскользнуть с кончиков пальцев. – Да пребудет ваше правление вечным и справедливым…

Молитвы всегда успокаивали ее, и она молилась как никогда долго. Но то ли боги были слишком далеко, то ли ощущения были слишком сильны, в этот раз молитв оказалось недостаточно.

Океания ощущала родной и любимый запах, чувствовала взгляд заинтересованных зеленых глаз и уступала с каждым мгновением. В конце концов, она сдалась и, только снова взглянув в изумрудные глаза юноши, ощутила умиротворение. Она не знала, сколько это длилось.

— Привет, – наконец прошептал он, наклонившись к ней. – Меня зовут Эрик, а тебя?

Сердце девушки затрепетало от его голоса. Громкий «дзинь» не дал ответить. Ванесса подбежала к Океании.

— Мы опаздываем! Прости-прости!

Она схватила девушку за руку и как ребенка утянула за собой.

— Прости, – только и успела извиниться перед юношей Океания.

— Я же просила не выделяться! – проговорила Ванесса, когда девушки оказались в коридоре.

— Но я ничего не делала. Тот юноша, Эрик, сам поздоровался со мной и назвал свое имя.

— Конечно, ты ведь половину урока не спускала с него глаз!

— Он пах морем, – не стала отрицать она. – Взглянув на него, я вспомнила о доме. Я так давно не ощущала этот запах и... прости, я не могла отвернуться. Я старалась, Ванесса, честное слово, но не смогла.

Несси вздохнула, сменив гнев на милость, и поманила за собой. Ученики заинтересованно наблюдали за новенькой, так что Ванесса решила не стоять на одном месте долго.

— На самом деле, я могу тебя понять. Ты не первая, кто в него влюбился.

— Влюбилась? Ты... тоже?

— Не в него.

— В кого же?

— Давай, нам сюда.

Ванесса не торопилась делиться с Океанией сердечными тайнами, и та поняла это. Она не стала расспрашивать.

Большое прямоугольное помещение, не внушавшее ничего, кроме чувства отчуждения, было, по словам Ванессы, столовой. Когда-то директор и учителя решили ввести две больших перемены – после первого урока и в обед.

Шума в столовой было столько, что первые мгновения Океания не слышала собственные мысли. Несси же, напротив, почувствовала себя увереннее, так что даже замедлила шаг: наконец можно было говорить, не боясь быть услышанной.

Она взяла для Океании кашу и чай, а себе – цикорий и булочку с изюмом. Они сели за самый крайний столик, далеко от входа и раздаточного стола.

Гостья вновь погрузилась в мысли, не спеша пробуя еду. Ванессе это не понравилось: она обняла кружку, размышляя о том, как встряхнуть девушку.

— Почему ты не ешь? Невкусно? – она пыталась найти тему для разговора, но ничего стоящего на ум не шло. – Вы у себя в Океане ели что-то другое?

— Мы с отцом любили салат из водорослей, – просияла Океания. – А сестрам нравились моллюски. Они пили много амброзии, мне же больше нравилось молоко. Молоко было трудно достать, поэтому однажды отец приказал приносить ему в жертву больше молока. Это было перед тем, как я уснула.