Книга Мужья на блюдечке, страница 65 – Елена Арматина

— Теперь твой дом здесь, рядом с нами, — не умолкает бархатный голос.

Широкая пятерня по-хозяйски сползает на живот и легонько прижимает, вдавливая меня в мужское тело. Чертовски возбужденное тело. Какое-то тупое спокойствие охватывает меня. Могу ли я что-то изменить? Не сейчас, это уж точно.

Ласковое подмигивание звезд, шелест огромных крыльев, далекие окрики наездников — постепенно все затухает, подергивается дымкой. Несколько раз я просыпалась, чувствуя на своем усталом от длительного полета и переживаний теле чужие прикосновения. Однажды даже почувствовала, как меня легко подняли в воздухе и пересадили на спину другого монстра. А голова моя уютно устроилась на прохладной груди Креззо. Кажется, он даже накрыл меня своим камзолом. Я даже удивилась, почему это не замерзаю от прикосновений его прохладной кожи.

И лишь на рассвете мерное движение игозавров изменило темп. Они стали двигаться более резко, порывисто, стремительно снижая высоту.

Разбуженная этими изменениями, я открыла глаза. Я снова была в руках Найвена. Мне даже не понадобилось оглядываться. Сквозь плотную ткань комбинезона я отчетливо ощущала жар его тела.

А в следующий миг все мысли, слова, соображения вылетели из головы. Впереди занимался рассвет. Узкая лиловая полоска на горизонте с каждым мгновением становилась все шире и все ярче.

Мы подлетали к долине, притаившейся между двух белоснежных гор, казавшихся покрытыми льдом. Долина утопала в сине-зеленой буйной растительности. Цветущие кусты росли вперемешку с деревьями с округлой, темной кроной. Кое-где к небу устремлялись стрелы деревьев с яркой, фиолетовой листвой. Среди них виднелись крошечные, будто игрушечные домишки. А в небе парили игозавры, уносившие своих всадников по делам.

И на всем этом сказочно красивом фоне, между двух высоких гор, сверкал, поражая изящностью белоснежный замок. Высокие шпили-сосульки венчали многочисленные башенки. Балюстрады и балконы нежным кружевом опоясывали весь замок. И вся эта белоснежная красота оттенялась алыми всполохами дрожавших на ветру занавесей. Дорожки в саду выложены такой же яркой галькой. С высоты птичьего полета даже казалось, что это огненные реки текут, разрезая сад замысловатыми узорами.

К моему восторгу, именно к этому замку мы и направлялись. Орда, сопровождавшая нас весь путь, рассредоточилась, облетая замок стороной. И только несколько наездников продолжили свой путь наравне с нами.

Замок стремительно приближался, превращаясь из эфемерно красивого и сказочного, в величественное сооружение, рядом с которым даже мощный игозавр казался хилой ящеркой.

Мы мягко приземлились на одну из широких террас. Вдоль стен выстроились слуги. Мужчины были в широких белых шароварах, подпоясанных яркими кушаками. Женщины же кроме полупрозрачных шароваров сверху носили длинные белые прямые платья.

Креззо первым спрыгнул со своего игозавра и, словно не было многочасового изматывающего полета, легко подошел к нам и протянул ко мне руки. Под любопытные взгляды слуг, он понес меня внутрь помещения. Словно завороженная я оглядывалась по сторонам и не заметила, как мы очутились в спальне.

Большая, светлая и воздушная, казалось, что она была соткана из воздуха. У дальней стены на высоком постаменте, под белоснежным балдахином возвышалась широкая кровать. Высокое стрельчатое окно тянулось от одной стены к другой. Посредине его — выход на еще одну террасу.