Книга Мужья на блюдечке, страница 20 – Елена Арматина

— Врешь, — не поверила я.

Если честно, то я не знала, что делать. Что за слова? И отпустят ли они меня? Можно ли им верить?

— Клянусь, — он будто услышал вопросы, которые я задавала сама себе. — Отпустим. Но помоги и ты нам.

— Что за слова?

Медленная, чертовски соблазнительная улыбка расцвела на его губах. Я мысленно уже согласилась, и он это понял.

— Выходи, — скомандовал он, но и не подумал подняться с колена. Зато теперь мне было хорошо видно, как находившиеся за куполом люди поливали огнем этот самый купол, целясь так, чтобы не попасть в меня.

Я подчинилась. Но не потому, что он мне это приказал. А потому, что мне стало очень важно, чтобы они выжили. Почему? И сама не знаю.

Утопив кнопку, спрятанную на стенке саркофага, я продолжала смотреть в его глаза, пока исчезал между нами стеклянный барьер.

Пугливые мурашки пронеслись вдоль позвоночника, сердце трепетало в такт их торопливым шагам.

Но никто на меня не накинулся, ничем меня сверху не придавило. Мужчина лишь подал мне руку и помог встать. И только после этого, не выпуская мою ладонь из своей, встал и сам. Он подвел меня к своему брату. Ноги предательски подрагивали, в горле пересохло.

Блондин немного опустил ладони, брюнет положил свою ладонь поверх его. Взглядом предложил мне сделать то же.

— Суоми, не делай этого! — "Невозмутимый" явно заволновался.

— Суоми. Какое странное имя, — дрогнули в улыбке кончики губ блондина.

— Ваш брат обещал меня отпустить. Клянитесь.

— Клянусь, — кивнул блондин.

Меня не покидало ощущение, что эти двое сейчас водят меня за нос. Но слишком уж были страшны раны на их груди. Да и ярость моей "семьи" вряд ли пройдет для них бесследно.

Я вложила свою ладонь в его, брюнет все еще держал меня за руку. Купол над нами напряженно гудел и искрил, не позволяя приблизиться к нам.

— Тебе нужно будет лишь сказать: "Я принимаю".

— Ты принимаешь нас и нашу силу, Суоми? — спросили одновременно братья.

Явно чувствуя подвох, я успокоила себя — принять, это не отдать.

И кивнула. А затем, спохватившись, добавила:

— Я принимаю.

У меня на глазах еще ярче вспыхнул купол. Прямо в эту же секунду стали затягиваться раны на груди у мужчин. Значит, не обманули. А вместо страшных рубцов и шрамов по тугим мышцам завились замысловатые узоры. Такие же, как и на моих запястьях. Я не могла отвести взгляда от этого чуда. И все же, дрожащим голосом спросила:

— Так я пойду?

— Иди.

Спохватившись, я сорвала висевший на перевязи камзола украшенный драгоценностями кинжал и протянула его мужчинам.

— Это ваш.

— Пусть останется у тебя, — ответил блондин.

Они так странно смотрели на меня, что мне стало жарко.

— Ну, я пошла…

Никто меня не остановил. Только спиной я чувствовала их внимательные взгляды. Стоило протянуть руку, и я упрусь лбом в преграду из огненных и ледяных молний. Что же они не убирают ее?

Но не успела я оглянуться, как в мыслях прозвучали два голоса.

— Иди, не бойся. Сила ТЕБЯ не тронет.

Закрыв глаза, я сделала шаг вперед…

Найвен и Креззо все еще удерживали над собой защитный купол. Лишь когда Суоми прошла силовой барьер и, споткнувшись, стала падать, они оба дернулись к ней. Но остановились. Девушке не дали упасть. Черноволосый мужчина, все время стоявший молча и не сводивший с них настороженный взгляд, успел подхватить ее. Их перестали поливать огнем, как только девушка сделала первые шаги в направлении "своей семьи".