Книга Хозяйка аукционного дома. Проклятый лот для дракона-командора, страница 4 – Диана Бауэр

Ивен растерянно моргнул.

— Какое?

— «Скорее всего». Либо видите проблему, либо нет.

Он сразу стал серьезнее.

— Есть одна. Лот сорок семь владелец забрал вчера после вашего решения отменить торги.

— Остальные одиннадцать здесь?

— Да.

— Тогда вычеркиваем сорок семь и работаем с одиннадцатью.

Ивен записал.

Я придвинула к нему каталог.

— Теперь расскажите, как именно проходит регистрация после продажи.

Он уставился на меня почти так же, как утром Ниса.

— В каком смысле?

— Представьте, что я объясняю порядок новому сотруднику.

— Но...

— Ивен.

— Да, госпожа Кастель.

Он сел напротив.

Оказалось, что в основе местной системы лежала достаточно понятная процедура.

До торгов владелец подтверждал право на предмет.

Дом принимал лот, описывал его и фиксировал условия продажи.

Покупатель после победы подписывал карточку сделки.

Аукционист подтверждал результат личным регистрационным ключом.

После этого право переходило к новому владельцу, и защитные свойства предмета перестраивались на него, если такая возможность была предусмотрена.

— То есть наша печать не создает право, — уточнила я. — Она подтверждает его переход.

— Да.

— А если продавец изначально не имел права продавать?

Ивен нахмурился.

— Тогда дом не должен принимать лот.

— Допустим, принял.

— Если документы были поддельными, сделку отменят.

— Кто?

— Палата или суд.

— А до отмены кто считается владельцем?

Он задумался.

— Покупатель.

Вот оно.

— Даже если настоящий хозяин заявит претензию на следующий день?

— До решения спора — да.

— И пользоваться предметом он тоже сможет?

— Если регистрация завершена.

Я откинулась на спинку кресла.

В обычной торговле ошибка в документах могла привести к суду и возврату денег.

Здесь ошибка давала чужому человеку реальную власть над вещью.

Если вещь была магической, последствия могли оказаться куда серьезнее стоимости.

Лот 113 перестал казаться отдельным безумием.

Возможно, это была вершина чего-то, что прежняя Элира заметила раньше.

— Покажите мне карточки сегодняшних лотов.

Ивен раскрыл каталог.

Я проверяла их одну за другой.

Владельцы, документы, дата принятия, оценка, резервная цена.

Ничего подозрительного.

На седьмой карточке остановилась.

— Это что?

— Купеческий расчетный диск.

Передо мной лежало изображение круглого бронзового предмета с зубчатым краем.

— Магический?

— Совсем немного. Старые торговцы использовали такие для проверки счета. Он запоминает итог последнего расчета.

— Полезно.

— Раньше было полезно. Сейчас почти никто ими не пользуется. Есть более удобные счетные доски.

Оценка составляла четыре кроны.

Резервная цена — три.

— Кто продавец?

— Господин Рейс Даннер.

Имя ничего мне не говорило.

— Документы?

Ивен раскрыл приложение.

Обычная наследственная запись. Никакой Палаты имущественных споров.

Я просмотрела лист и вернула.

— Когда приняли?

— Три недели назад.

Значит, до меня.

— Все одиннадцать лотов проверьте еще раз до открытия дверей. Особенно владельцев.

— Они уже проверены.

— Еще раз.

— Да, госпожа Кастель.

Он собрал каталог.

— Ивен.

— Да?

— Почему я собиралась вас уволить?

Он застыл.

Вопрос был жестоким, но мне нужно было знать.

— Вы не сказали.

— А как думаете вы?

Он не ответил сразу.

— Три дня назад я отнес в городской архив копию договора, хотя вы велели никому не показывать документы по отказанным лотам.