Книга Хозяйка аукционного дома. Проклятый лот для дракона-командора, страница 14 – Диана Бауэр

После торгов он казался другим.

Пустые ряды стульев.

Закрытые витрины.

На кафедре лежал мой молоток.

Я поднялась туда и провела пальцами по деревянному краю стола.

Сегодня за этим местом я впервые чувствовала себя не женщиной, случайно оказавшейся в чужом теле, а человеком, который хотя бы частично понимает, что делает.

Это чувство стоило сохранить.

Я открыла нижний ящик.

Каталоги.

Старые бланки.

Ничего интересного.

Второй ящик заедал.

Пришлось потянуть сильнее.

Он открылся рывком.

Внутри лежали пустые карточки и небольшая линейка.

Я собиралась закрыть, когда заметила странность.

Внешняя глубина стола была больше, чем внутреннее пространство ящика.

Ненамного.

Сантиметров на десять.

В мебели такого возраста это могло означать обычную толстую стенку.

Или пустоту.

После лота, появившегося ночью в запертом подвале, я перестала считать обычное объяснение единственным.

Я вытащила ящик полностью.

За ним оказалась деревянная перегородка.

Никаких ручек.

Никаких замков.

Но на правом краю виднелась тонкая царапина.

Я провела пальцем.

Перегородка не двигалась.

Попробовала нажать.

Без результата.

— Что вы делаете?

Я вздрогнула и обернулась.

Ниса стояла у первого ряда.

— Проверяю стол.

— На прочность?

— На тайники.

Она поднялась к кафедре.

— Здесь нет тайников.

— Откуда знаете?

— Я работаю здесь двенадцать лет.

— Утром вы говорили то же самое про хранилище.

Ниса ничего не ответила.

Я снова осмотрела перегородку.

На внутренней стороне боковой стенки заметила едва видимый знак.

Раскрытая ладонь.

Такой же символ стоял на регистрационных карточках.

— Дайте свет ближе.

Ниса принесла лампу.

Под знаком находилось небольшое углубление.

Размером с камень моего кольца.

— Только не говорите, что опять нужно приложить руку.

— Не знаю, — сказала Ниса. — Я этого раньше не видела.

Это уже было интересно.

Я коснулась углубления кольцом.

Сначала ничего не произошло.

Потом внутри стола тихо щелкнуло.

Перегородка отодвинулась на несколько сантиметров.

Ниса выдохнула.

— Вы знали?

— Если бы знала, не возилась бы пять минут.

Я отодвинула панель.

За ней находилась узкая полость.

Без сокровищ.

Без денег.

Без второго государственного знака.

Только семь плотных карточек, перевязанных черной лентой.

Я достала их.

На первой стоял номер.

24.

Через него проведена черная черта.

Вторая:

39.

Перечеркнута.

Третья:

51.

Перечеркнута.

Четвертая:

67.

Тоже.

Пятая:

82.

Шестая:

96.

Все перечеркнуты.

Последняя карточка отличалась.

На ней стояло:

113.

Без черты.

Я разложила их на столе.

— Эти номера вам знакомы?

Ниса покачала головой.

— Не наши текущие лоты. Сто двенадцать был последним.

— А старые?

— Номера повторяются каждый год. Без даты ничего не определить.

Я перевернула первую карточку.

Пусто.

Вторую.

Тоже.

На некоторых были едва заметные следы от старых записей, будто их тщательно стерли.

— Это могла сделать Элира?

— Тайник открывается вашим кольцом.

Достаточно убедительно.

Я перевернула карточку 113.

На обороте был текст.

Почерк тот же, что в пометках на отказанных договорах.

Почерк Элиры.

Я поднесла карточку к лампе.

Всего одна строка.

«Если он пришел за печатью, значит, времени больше нет».

Я перечитала ее.

Ниса тоже.

— Кто «он»? — спросила она.

Мне не требовалось угадывать.

Сегодня за печатью пришел только один человек.