Книга Замуж за зверя. Попала!, страница 46 – Каролина Бром

Что, если успел забыть, как с женщинами обращаться? Как мне следовало себя вести? Были ли здесь какие-то средства от боли? Или, может, намазаться чем-нибудь скользким? Например, маслом. Льняным там, подсолнечным...

Представив это, не смогла сдержаться и засмеялась, чуть не упав с лавки.

Сначала матушка смотрела на меня дико, а потом и сама улыбнулась. Легонько поддела в плечо, чтобы успокоить.

— Вот вишь, тебе и самой смехотворно от дум об этом, а с сердцу милым должно быть приятно и волнительно.

— Хах… Ха-ха… Ну… я… мне волнительно! Очень! Это я, чтобы шибко не смущаться, как к шутке отношусь. Но мне правда волнительно!

— Дочка, так это ж не шутки. Ежели он боль тебе сделает, тут же мне говори! Я и тятьку твоего спрашивать не стану, сама зятька зашибу.

Глаза Надеи были полны праведного материнского гнева, а её руки сжали тряпицу для посуды так сильно, что стало понятно: слова совсем не пустые. Мне ещё тревожнее стало, и непонятно, за кого больше, за неё или за Адамира.

— Не придётся, мама, — сказала я примирительным тоном. — Когда надо будет, я поговорю с ним. Он, вроде, не глупый, поймёт, что аккуратнее надо быть.

— А дети как? Подумала, как от него понесёшь, как родишь?

— Прекрасно рожу, когда настанет время, — ответила я, лишь бы скорее уйти от неудобной темы.

Как стыдно всё-таки...

— И всё же ты подумай, доча, ещё не поздно.

— Поняла-поняла! — Я поднялась с лавки, кинула задумчивый взгляд на лестницу. — Пойду я.

— Куды? К ним? Нельзя! Тятька строго наказал, дабы ты там не мешалась!

— Я во двор, воздухом подышу свежим.

— Неужто дурно тебе сделалось? — спросила матушка, испугавшись.

— Нет, просто жарко тут.

— Как знаешь, дитятко, только шибко долго там не ходи.

На это я лишь кивнула и пулей выскочила на выход. Хватит с меня на сегодня откровенности.

______

*Одр — постель.

Матушка была обеспокоена правильными вопросами, но это всё-таки наше личное дело с Адамиром. Сами решим, в какой позе на одре лежать и сколько детей делать! В конце концов, мы пока не женаты!

Оказавшись на крыльце, я с облегчением вдохнула побольше вечернего воздуха. Свежего, прохладного, с лёгкой горечью от летевшего из трубы печного дыма. Но всласть надышаться природой мне опять было не дано. Потому что под оградой собралось много любопытных жителей общины, которые с удовольствием обменивались сплетнями как болячками.

— Что-то мужик тот страшный всё носу не кажет… Уж не прибил ли его староста за то, что дочерину ручку подержал?

— Златка тож хороша… Давеча Всеславу глазки строила, а теперича надоел он ей, якшается с лесничим. Тьфу, огурство*!

— Так он же ж с камня её поднял, видать, теперь благодарность ото всюду исходит. Ха-ха-ха!

— Камень был знатный, да навернулась она о него шибко, раз уж такой бес стал ей мил.

— Тю! Уж не она ли там, на крылечке?

Вот блин, меня заметили. Значит, просто сбежать уже не выйдет… Подумают ещё, что я их испугалась!

А мне было плевать на их низкие сплетни. Наоборот, пожалеть хотелось этих людей бедных! Насколько же их жизни были скучными, раз они позволяли себе совать носы в чужие!

Игнорируя народ и их просьбы подойти, пружинистым шагом направилась в огород. Просто так дальше стоять на крыльце было бы странно, лучше сделать вид, что я тут по делу.