Книга Потерянная принцесса, страница 33 – Эмилия Рамм

Она внутри. Его драконий слух улавливал каждый звук из-за двери — шелест страниц, сопение мерлока… И шаги, вдруг приближающиеся к двери.

Дверь приоткрылась — и он исчез. В мгновение ока перенёсшись в свою комнату. Кулак со всей силы врезался в стену, из груди вырвался глухой рык. Нет, не сейчас. Не в таком виде.

Он с ней увидится. Но не как подглядывающий юнец. Сперва он дождётся вести, что остаётся в Академии в качестве ректора. А потом… Лиссе придётся раскрыться перед ним. Он должен увидеть правду в её глазах. Должен знать точно — это не она. Иначе он уже начинает чувствовать себя безумцем, гоняющимся за призраком.

Лисса Эйвин

Я уже практически прилипла к учебникам и своим конспектам. Первый экзамен был успешно сдан. Но на носу был второй.

После очередного сна с ледяными и снежными пейзажами Тернграда я окончательно решила — я должна узнать, что именно меня звало в эти холодные земли. И после выпуска, немедля, я отправлюсь прямиком туда. Не стану ждать распределения или предложений от работодателей, нет.

Во мне клокотали десятки, сотни вопросов о судьбе родителей, об их любви, о маме. Вопросы, на которые никто не мог дать ответ. Но в Тернграде у меня был хотя бы шанс узнать больше. Я горела увидеть земли, по которым она ходила.

Я надеялась не увидеться с Караном — своим дедом, потому что представляла его жестоким и опасным тёмным. Ведь именно из-за этого он потерял дочь. Надеюсь, мне удастся избежать этой встречи.

Прошла неделя с момента смерти императорской четы, когда Амерон сообщил радостную новость: Совет, наконец, сдался. Старейшины согласились на его коронацию без брака. Но при условии, что он оставит прежнюю распутную беспечную жизнь и серьёзно займётся поисками своей истинной или достойной жены. На поиски ему дали год.

Эта новость буквально окрылила меня. Скоро! Совсем скоро я снова буду свободна. Хоть я и забывала порой о своём статусе невесты, помолвочный браслет на запястье порой ощутимо давил. А при мысли, что он может смениться на брачную татуировку меня охватывал дикий ужас.

Я заметила, что Амерон не разделил моей радости. В его глазах мелькнула грусть — и от этого мне стало ещё тревожнее. Сердце болело за друга, которому предстояло не просто взвалить плечи бремя правления, но и остаться в одиночестве.

— Какую истинную тебе предрёк Оракул? — в один из вечеров я настойчиво спросила его, когда он провожал меня после ужина в общежитие.

Наследник оглянулся и, покачав головой на мою прямолинейность, шагнул чуть дальше в парк. Я пошла за ним.

— Ты любишь задавать драконам личные вопросы, не так ли? — усмехнулся он.

— Ещё как! — я широко улыбнулась и сделала вид, что бью его прямо в грудь. Дракон рассмеялся, легко ловя мой кулак на подлёте, но затем неожиданно поднёс его к своим губам…

Мой дружеский жест вновь превратился в нечто большее — и я, как всегда, растерялась.

— Та, чьи очи подобны сочной траве, а сама неуловима и запретна, как дождь для огня, — процитировал он слова Оракула, отпуская мою руку.

Я подвисла, анализируя услышанное. Теперь понятно, почему дракон решил, что я могу быть его истинной. Цвет моих глаз, моя недоступность для него — самый настоящий красный флаг.

Он смотрел на меня в упор, сверкая золотым внимательным взглядом, ожидая моей реакции, поэтому я не стала ходить вокруг да около.