Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 70 – К. Рэдлиф

— Пиалы эти твои я тоже нашел. И все, что ты написал, – Линь Ян попытался сказать это как можно непосредственней, чтобы не было похоже на то, что он прислуживал.

— Отлично! Значит, завтра, когда я заберу из кузницы микроскоп, я смогу приступить к приготовлению лекарств.

Обсудив еще некоторые организационные вопросы, вся компания направилась ко столу, что любезно накрыли императорские слуги. Готовили, надо сказать, они действительно очень вкусно. Некоторые из блюд Цзэ Сюлань пробовал впервые и очень старался запомнить, на что они были похожи, и их вкус. Может, потом кого-нибудь попросит приготовить. Например, главного героя. Они во всех новеллах готовят как боги.

В целом разговоры за столом шли о болезни. Слуги принца Нина доложили об обстановке в городе. Они долго обсуждали количество умерших. После этого как-то плавно разговор перетек к заклинателям и орденам, их устройству и функционированию. Цзэ Сюлань тут не мог похвастаться знаниями, поэтому с умным видом слушал Линь Яна. За этот вечер они успели обсудить все: и печати, и духов, и мечи, и музыкальные инструменты, и именитые утерянные техники. Под конец застолья даже ученики подключились к разговорам старших, пусть и очень робко и неумело.

Ближе к полуночи Цзэ Сюлань отослал спать учеников. Ближе к часу быка ушел Линь Ян. И только Цзэ Сюлань остался вместе с его высочеством обсуждать великие подвиги заклинателей. Они могли бы говорить до самого утра, но чем больше они говорили, тем больше у принца Нина раскалывалась голова. В конце концов она так разболелась, что, как бы ему ни хотелось, разговор продолжать было невозможно.

— Ваше высочество, вы какой-то бледный, – заметил Цзэ Сюлань, когда тот вставал из-за стола, чтобы отправиться в свою спальню. – Все в порядке?

— Да, все хорошо.

Однако, встав на ноги, Цинь Фэнчжан почувствовал, что комната начала вращаться. Не в силах ровно держать свое тело, он покачнулся вслед за комнатой. Цзэ Сюлань тут же оказался рядом, поддерживая принца Нина. Недолго думая, заклинатель приложил руку к чужому лбу. Горячий, хоть лепешки пеки. Цзэ Сюлань нервно выдохнул, усадив мужчину на тахту. Тут ни медиком, ни экстрасенсом быть не надо, чтобы понять, чем же заразился императорский сын.

К обеду следующего дня ручной микроскоп, который еще в восемнадцатом веке изобрел Левенгук, был в руках Цзэ Сюланя. Пользоваться подобной конструкцией он умел лишь в теории, но в этом мире ему точно не раздобыть приборов получше, поэтому приходилось работать с тем, что есть. Принц Нин, несмотря на свое совсем дурное состояние, всячески поддерживал через прислугу деятельность заклинателей, разрешив перебраться к нему из постоялого двора. Поэтому у Цзэ Сюланя в поместье Лунного света появилась и комната для проживания, и отдельные покои для экспериментов.

Забрав все образцы земли, водорослей и морской воды и вооружившись микроскопом, Цзэ Сюлань засел в отведенной ему комнате, носа не показывая на улицу. Яо Вэньмин постоянно крутился рядом и, надо сказать, очень облегчал работу: он мог и сбегать за чем-нибудь, и отыскать среди кучи разбросанных записей нужную. Юнь Цзяо и Минь Ли, как бы ни хотели, не могли так нагло нарушить наказ учителя «не входить». Поэтому поочередно дежурили под дверьми комнаты: а вдруг мастер Цзэ и их позовет?