Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 28 – К. Рэдлиф

— Давай.

— А что такое инфекция?

Цзэ Сюлань на секунду завис, а система разразилась диким смехом. Ну, насколько это могла сделать система.

— Инфекция… Это то, из-за чего может развиться гангрена. То есть то, из-за чего рана может начать гноиться.

— То есть грязь? – уточнила Юнь Цзяо.

— Ну, не совсем, – Цзэ Сюлань потер указательным пальцем большой, пытаясь собрать мысли воедино. Жест, что всегда выдавал его задумчивость. – Есть невидимые виды грязи, которые как раз уничтожаются спиртом. В общем, мы поговорим с вами об этом как-нибудь попозже.

Со временем в разговор начало включаться все больше и больше учеников, и в конце концов безучастных не осталось совсем. Они начали обсуждение с видов кровотечений. Цзэ Сюлань подробно им рассказал, как отличить венозное кровотечение от артериального и чем опасно каждое из них. Потом они перешли к перевязкам и наложению жгутов.

В университете и Цзэ Сюлань, и все его одногруппники терпеть не могли скучные лекции, подобные этой. Но эти подростки были в таком восторге, что Цзэ Сюлань сам, подпитываясь их горящими глазами и энтузиазмом, чувствовал некое воодушевление. Об одном он жалел – что доски никакой не было. Поэтому сильно упрощенный чертеж двух кругов кровообращения пришлось рисовать на небольшом листе бумаги и пускать по рядам. Это все требовалось для объяснения, почему при артериальном и венозном кровотечении жгуты накладываются по-разному. На самом деле Цзэ Сюлань боялся, что рассказывает слишком современные вещи, но Чэнь Хуан его успокоила, сказав, что лекари в ее новелле сами частенько употребляли слова вроде «вена» и «артерия». А значит, о подобном в этом мире знали.

Когда же тема кровотечений была разобрана, так сказать, по кирпичикам, Цзэ Сюлань решил дать детям, а заодно и себе, немного отдохнуть. Поэтому, отпустив всех на перерыв, он покинул лекционный зал.

Как только мастер Цзэ ступил за порог, все ученики тут же собрались в кучки, чтобы обсудить сегодняшнее занятие.

— Ну и что ты думаешь о мастере Цзэ? – спросила у Юнь Цзяо девушка со стрекозой. Ее звали Вэй Цян.

— Я считаю, что шисюны зря на него наговаривали. Он очень много полезного рассказал, – пожала плечами Юнь Цзяо.

— Тут я соглашусь, – важно заявил Минь Ли – тот самый пухленький мальчуган. – Мастер Цзэ много знает. А еще он точно очень силен. Видели, как легко щелбаном муху убил? И даже никакой волны от удара не пошло. Вот что значит мастерская концентрация!

— Старейшина Чернолуж вечно гадости про него говорил и ставил в пример как неудавшегося заклинателя. Но он в совершенстве владеет своими силами. Наверняка еще и лучше самого старейшины, – с восторгом залепетал У Гуй, потирая ссадину на губе.

— Так, все, тихо, – осадила их Юнь Цзяо, – обсуждать мастеров запрещено!

Все недовольно цокнули, но перевели разговор в другое русло.

Покинув лекционный зал, Цзэ Сюлань направился к Мэй Пин, чтобы разузнать у нее про отсутствие Яо Вэньмина. Она-то должна знать про своих подопечных.

«Ну что, Чэнь Хуан, как я справляюсь?»

[В целом неплохо. Ученикам, как я погляжу, очень даже нравится. Только не увлекайся сильно, а то нахватаются эти дети каких словечек, потом ляпнут перед старейшиной каким – и все. Признают тебя одержимым и будут тестировать все свои средневековые обряды изгнания.]