Книга Терапия для дракона, страница 99 – Майя Фар

— Я потрясён, — сказал он мне, и в голосе не было ни капли придворной вежливости. — Итон уже встаёт. Вам удалось сотворить чудо! Теперь я верю, что он будет ходить!

— Будет, — подтвердила я. — Если продолжит выполнять все мои предписания. И не нарушать их.

Последние слова я адресовала уже не королю и с укором взглянула на супруга. Он выдержал мой взгляд с той самой усмешкой в глазах, от которой у меня привычно чесались ладони. «Месяц работы может быть насмарку», — мрачно подумала я.

Его величество что-то почувствовал в воздухе между нами и мягко вмешался:

— Прошу вас, аэра, не браните мужа. Мы тут немного поспорили, и я, боюсь, отчасти виноват.

Я вздохнула. Ну да, конечно, а где ещё разрешать споры, как не на плацу.

— Я не инвалид, — вдруг произнёс супруг, ни к кому конкретно не обращаясь.

«О боже, это самый опасный момент, когда тело начинает чувствовать, а мозг торопится дальше», — подумала я, а вслух попыталась объяснить.

— А я и не считаю вас инвалидом, — начала я. — Просто…

— Я буду поступать так, как считаю нужным, — оборвал он меня. — Чувствую, что могу, — значит, могу.

«Вот же солдафон», — подумала я нежно, но вслух ничего не сказала. Потому что сегодня, дорогой мой упрямец, я на тебе отыграюсь. Я как раз очень кстати вспомнила, какими… впечатляющими бывают приёмы спортивного массажа. А тебе после такого подвига именно спортивный и понадобится. И если у меня хватит сил, то и завтра с утра. Пока лекарь Номар не взялся за дело.

* * *

В покои супруга я вошла с самым решительным видом. Он уже ждал меня, с некоторых пор терапия стала частью нашей совместной жизни. Я попросила его устроиться на животе и начала, как и положено, с лёгких, разогревающих движений.

Сначала ему, конечно, было приятно. Я чувствовала, как он расслабляется под моими руками, лежит себе тихонечко, даже прикрыл глаза.

А потом я нащупала. Вот один узел, вот другой, мышцы, особенно на спине и на плечевом поясе, свернулись в тугие клубки, каждый твёрдый, как деревяшка. «Ну что за детский сад», — подумала я и, вздохнув, принялась за работу всерьёз.

Очень скоро в комнате раздался первый страдальческий стон. Захарий, сидевший в своём углу, едва скрывал улыбку, наблюдая, как постанывает его грозный хозяин.

Через некоторое время стоны участились, но и у меня уже руки отваливались.

— Отдохните немного, — смилостивилась я, когда закончила разминать спину. Супруг лежал, распластанный на кушетке, похожий на аккуратно раскатанный блинчик. — Через пару минут продолжим.

Мне послышался долгий, страдальческий вздох.

— Оливия, — произнёс он голосом умирающего. — А может… не надо?

— Очень даже надо, — безжалостно улыбнулась я.

— Может, водный массаж? — В голосе прорезалась осторожная надежда.

— Нет. — Я потянулась к столику. — После ваших упражнений водный массаж не поможет.

И вот тут случилось неожиданное. Вместо того чтобы испугаться, он приоткрыл один глаз, и в нём вспыхнуло странное предвкушение.

— Раньше же помогал, — вкрадчиво напомнил он. — А можно ещё и с абрикосовым маслом…

— То было раньше. — сказала я и решилась на небольшую провокацию. — Ты сам сказал, что не инвалид, а значит, и массаж тебе нужен полноценный.

Он тихо засмеялся, и смех этот отозвался у меня внутри странной приятной щекоткой. Она родилась на уровне солнечного сплетения и рассыпалась искорками по плечам и спине.