Книга Симулякр, страница 72 – Гидеон Торн

Его лицо исказилось от гнева. Ладонь грубо легла мне на колено, пальцы впились в кожу через ткань платья, оставляя невидимые, но жгучие следы.

— Ты прекрасно знаешь, мне нужна только ты.

— И поэтому ты побежал жаловаться на меня папочке? Не самый лучший способ привлечь моё внимание, — произнесла я, чувствуя, как закипаю изнутри.

— Я был зол! Ты сама меня довела! Игнорировала все сообщения, отмахивалась, как от назойливой мухи…

— И это даёт тебе право нести на меня сплетни? — мой голос стал ещё тише, но оттого не менее острее. — Это ведь ты сразу донёс ему об инциденте с Аресом-23, верно? Даже не дав мне времени подготовиться. Поздравляю, Дмитрий. Ты не просто испортил мне настроение, ты меня выбесил.

Его взгляд дрогнул, в нём мелькнуло что-то похожее на раскаяние, тут же вытесненное привычным упрямством.

— Я знаю. И я сожалею. Дай мне шанс исправить это.

Его рука поползла выше, к бедру. Каждый нерв в моём теле кричал, требуя оттолкнуть его, дать пощёчину, уничтожить. Но я помнила наказ Петра Семёновича: «Никаких склок». Мне нужно было продержаться всего две недели. И был только один верный способ его утихомирить.

— Ты думаешь, что, потрогав меня под столом, ты что-то исправишь? — я с силой убрала его руку, чувствуя, как подступает тошнота. — Это не извинение. Это наглость.

— Тогда давай выйдем, — он наклонился так близко, что его шёпот снова обжёг кожу. — И я покажу тебе, как я могу извиняться. Так, как ты любишь. Так, как только я умею.

Я отодвинула стул и поднялась. Движения мои были отстранёнными, на лице — ни единой лишней эмоции.

— Мне нужно освежиться.

Я вышла из столовой, не оглядываясь. Спиной я чувствовала его растерянный взгляд. Краем глаза я заметила, как гостья подняла бровь, а на её губах заиграла едва уловимая, понимающая улыбка.

В коридоре я не стала торопиться. Медленно подошла к высокой зеркальной панели, сделала вид, что поправляю волосы. В отражении увидела, как через минуту в проёме двери появился Дмитрий. Выглядел он как пёс, которого выгнали из-за стола, но который всё ещё надеется на подачку.

Он подошёл ближе и потянулся ко мне, пытаясь поцеловать, но я ловко вывернулась и, крепко взяв его за руку, потянула за собой. Я хорошо знала планировку этого дома. Мы зашли в первую же открытую дверь. Прачечная. Стерильно чистая, пахнущая кондиционером и свежим бельём. Рядом стояли стиральная и сушильная машины.

Дмитрий захлопнул дверь, и в его глазах вспыхнул знакомый огонь.

Он притянул меня к себе и поцеловал. Голодно, отчаянно, словно пытался вобрать в себя всё моё существо. Я позволила ему это на несколько секунд. А потом схватила его за волосы отстраняя от себя и с силой толкнула к холодной стене.

— Ты думаешь, я позволю тебе себя просто трахнуть после всего, что ты натворил?

В его глазах не было ни злости, ни обиды — лишь знакомый, порочный огонёк возбуждения. Он обожал, когда я была жестока.

— Я готов заработать твоё прощение, — прошептал он, и в его голосе слышалась почти мольба. — Как ты пожелаешь.

— Оу, как я пожелаю? — я насмешливо склонила голову. — У тебя есть идеи?

На его губах заиграла полуулыбка — покорная и вожделеющая одновременно. Он сделал шаг вперёд и опустился на колени. Его взгляд не отрывался от моих глаз, пока руки медленно скользили вверх по моим бёдрам, под платье. Пальцы нашли резинку трусиков и потянули их вниз.