Книга Девиант, страница 17 – Гидеон Торн

— Вы уверены? Шанс — один к тридцати семи.

— А вы боитесь проиграть? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.

— Скорее боюсь так и не узнать, с кем имею честь играть, — ответил он, но его пальцы уже двигались, переставляя фишки на более безопасные поля — на чёрное и чёт.

Крупье — его андроидное лицо оставалось бесстрастным — объявил:

— Ставок больше нет.

Он запустил шарик.

Тот закрутился, зашипел, запрыгал. Время замедлилось. Честно говоря, я не стремилась победить. Мне просто не хотелось таскать за собой эту груду пластика — игра уже утомила. Лучше спустить всё одним махом и разобраться с делом. А потом — в пентхаус, и попытаться уснуть.

Шарик замедлился. Прыгнул. Ещё раз. Упал.

На зелёное поле. На зеро.

Тишину взорвали аплодисменты. Кто-то ахнул, кто-то засвистел. Я стояла, тупо глядя на гору фишек, которую крупье уже пододвигал ко мне. Чёрт побери. Я выиграла. Не просто не проиграла всё — я сорвала куш.

Джексон рассмеялся, и в его смехе звучало искреннее восхищение.

— Вы не только притягиваете взгляды. Вы притягиваете удачу. Или управляете ею.

— Только не надо тереть мне живот на счастье, — рассмеялась я, чувствуя, как пьянящая эйфория начинает отпускать. — Вряд ли я принесу благосостояние лично вам.

— Тем не менее я в вашем распоряжении, — он встал, отодвинув стул. — Вы хотели поговорить приватно?

— Да. Найдите нам комнату.

Он улыбнулся, поймал взгляд менеджера зала — живой женщины в строгом костюме — и жестом показал наверх. Та тут же засуетилась. Я в это время обернулась к Церберу.

— Забери выигрыш, обменяй, — сказала я, сгребая фишки в его неподвижные ладони.

Он смотрел на меня своими красными глазами. В них не было ни одобрения, ни осуждения — только плоская, давящая концентрация.

— Ты хочешь остаться с ним наедине? — тихо спросил он.

— Я собиралась с ним поговорить. Он здесь. Нужно пользоваться моментом.

— Он раздевает тебя взглядом, — констатировал Цербер. — Уровень его интереса к твоей физиологии на 30% выше среднего.

— На то и расчет, — махнула я рукой, стараясь казаться небрежной.

— Мне это не нравится.

— Тогда иди быстрее, меняй фишки! — прошипела я, уже теряя терпение.

Цербер замер на секунду, его пальцы прижали фишки к себе с таким усилием, что на пластике могли остаться следы. Затем он резко развернулся и пошёл к кассам, лишь его смокинг мелькнул в толпе.

Я же, заставив себя улыбнуться, взяла Джексона Лима под руку. Его шёлковый рукав был прохладным и скользким под пальцами.

— Пока мы идём, вопрос, — сказал он, когда мы зашагали за менеджером к лифтам. — Это был ваш андроид?

— Да.

— Необычная модель. Я таких не видел. Импортная?

— Из России.

— А, «Эйдолон», — произнёс он, и в голосе появились профессиональные нотки. — Новая линейка? У нас тут последняя подпольная партия была полгода назад — модель «Арес», если не ошибаюсь. Но у вашего... друга — совсем другая кинематика. Движения не столько плавные, сколько эффективные. Минимум микродвижений, идеальный баланс.

Я едва не споткнулась. Вот что значит профессиональный взгляд. Он успел рассмотреть так много всего за те несколько минут, пока Цербер был на виду.

— Вы прекрасно разбираетесь, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал легко.

— Я хорошо разбираюсь в робототехнике и работе ИИ, — он улыбнулся. — Это моя работа.