Книга Девиант, страница 136 – Гидеон Торн

— Меня зовут Борис Бритва, — произнёс Аид своим почти бархатным голосом. — А это мой друг Олег Скучный. И вам лучше не знать, что именно его веселит.

Я не выдержала и закатила глаза. Градус пафоса зашкаливал, но Алексей был слишком раздавлен, чтобы это заметить. Он судорожно сглотнул, его кадык дёрнулся.

— Мне кажется... я уже где-то слышал ваше имя, — пробормотал он, тщетно пытаясь выудить из памяти обрывки юридических архивов или сводок Интерпола.

— Конечно, слышал, — Арес подался вперёд, и свет прожектора блеснул на его фальшивых татуировках. — Твой папаша перешёл нашему шефу дорогу. И теперь пришло время платить по старым московским долгам.

Алексей окончательно побледнел. В его глазах отразился лихорадочный перебор воспоминаний. Я знала, о чём он думает: та самая история в Москве, когда отец продал «Афродиту» не тому человеку, а мафиози быстро раскусил, что «идеальная женщина» шпионит за ним. Отец тогда знатно метался, пытаясь замять скандал, и именно после этого у нас появились «Церберы».

— Мафия ничего не забывает, Алексей Градов, — Аид произнёс это с такой фатальностью, будто зачитывал приговор. — А детям часто приходится платить по счетам отцов.

Брат, кажется, напрочь забыл о моём существовании. Его инстинкт самосохранения вытеснил всё остальное.

— Но почему я?! — выкрикнул он, и в его голосе не осталось ни капли мужского достоинства. — Отец жив, он во главе компании! Разбирайтесь с ним!

— Дойдёт очередь и до него, — Арес сделал шаг вперёд, и тень от его массивной фигуры накрыла Алексея. — Но начнём мы с того, что переломаем пальцы вам. Ну? С кого начать?

Алексей затрясся. Его взгляд метнулся ко мне, и в нём не было ни тени колебания — только сухой, животный расчёт.

— С... с неё, — выдавил он, указывая подбородком в мою сторону. — Начните с неё.

Я и не сомневалась. Гнида. Гнидой родился, гнидой и остался. Решив, что драмы много не бывает, я набрала в лёгкие воздуха и выдала такой истошный, вибрирующий крик, что он, казалось, должен был выбить стёкла в соседних зданиях. А затем провалилась в громкий, надрывный и абсолютно фальшивый плач, сотрясаясь всем телом в «истерике».

Аид и Арес на секунду замерли, уставившись на меня. В их позах читалось немое изумление: даже зная сценарий, они не ожидали от меня такого уровня экспрессии. Арес на мгновение опустил ствол, словно проверяя, не переусердствовал ли с угрозами, но быстро вернулся в образ.

Аид мгновенно собрался, его голос зазвучал суше и жёстче:

— Вас никто не услышит, молодая леди. Можете кричать, пока мы не вырвали вам язык.

Я, захлёбываясь слезами, вскинула взгляд на брата.

— Алексей, умоляю! Я ещё слишком молода, чтобы умирать! Сделай что-нибудь!

Брат нервно облизнул губы, в его голове защёлкали невидимые счёты.

— Может… может, мы всё-таки сможем договориться на других условиях? — выдавил он.

Аид склонил голову набок, делая вид, что всерьёз обдумывает предложение.

— Шеф кое-что слышал, — вкрадчиво начал он. — Говорят, вы готовите к продаже новую партию… военного образца.

У Алексея тут же лихорадочно заблестели глаза. Профессиональный инстинкт на мгновение пересилил страх.

— Вы хотите их купить? — выпалил он, уже прикидывая в уме сумму отката.

— Кто говорил о деньгах, идиот? — Арес рявкнул так, что Алексей втянул голову в плечи.