Книга Амнезия. Мой не бывший, страница 74 – Иден Хол

И вдруг Полина замирает, положив руки на живот и выпрямив спину.

— О боже! – произносит шокировано, и я едва не подпрыгиваю на месте.

— Что такое?

— О, боже мой! – повторяет она еще более эмоциональной, – Илья! – резко поворачивается ко мне, и глаза ее горят.

— Да что такое? – а у меня, черт возьми, паника. Беременная женщина в машине и у нее что-то с животом. – Что? Больно? Рожаешь? Полина?!

Но она вместо ответа хватает меня за правую руку, и сама тянется навстречу. Раз! И моя ладонь лежит на ее круглом, гладком животе, и я чувствую отчетливое шевеление!

Ребенок!

— Илья… – выдыхает она разом столько эмоций, что в моем сознании ядерная вспышка, все взрывается, засвечивает, и я теряю контроль.

Сердце подпрыгивает к горлу, пульс в космос, и я не могу этого понять!

Что? Как? Почему?!

Мой мир разносит на куски.

Дикий сигнал, рефлекторно руль в сторону и мы на обочине через громкие десятки метров с облаком пыли от торможения.

Я держусь за руль, будто меня чуть не унесло ураганом, Полина вжалась в сидение и обхватила живот. Дышим громко. Я поворачиваюсь к ней, она ко мне, и в наших глазах одинаковый ужас.

Мы чуть не врезались во встречную машину.

— П-прости меня, – шепчет почти без звука, – пожалуйста.

Я ерошу волосы, накрываю лицо руками, чтобы вернуть себе уверенный вид. Меня словно разметало между прошлым, настоящим и будущим. Надо собрать себя воедино. Тяжело.

— Ничего, все в порядке. Это мой косяк, отвлекся. Не беспокойся, все под контролем.

Я же мог ее… нас обоих угробить.

Контроль приходится возвращать. Едем дальше осторожно и молча.

Склад находится в типичном промышленном кластере, скрытый за бетонными заборами. Снаружи – неприметное бетонное здание с автоматическими воротами и охраной у шлагбаума. Промышленная зона, гудящая машинами, пахнущая холодным камнем и сыростью.

На парковке пыль, редкие деревья, резкие порывы ветра. Ничего изысканного. Ничего, что соответствовало бы финальному виду будущего офиса, что мы создаем.

Но стоит пройти внутрь – и пространство начинает меняться.

Под высоким потолком гудят балки, по цеху двигаются краны, медленно поднимая и перенося огромные плиты. Мрамор, травертин, гранит, оникс – серые, чёрные, с прожилками и без, отполированные до зеркального блеска.

Полина идет чуть впереди. Без страха, уверенно, будто была здесь уже не раз.

Она говорит с менеджером профессиональным языком, указывает на срезы, просит перевернуть плиты, рассматривает прожилки на просвет. Я смотрю на неё – и снова ловлю себя на том, что не могу отвести взгляд. Её лицо оживает, когда она касается материала. Пальцы двигаются легко, уверенно. В этих жестах нет сомнения. Только знание – и чувство.

Она не просто выбирает камень. Она уже видит, как он будет жить в пространстве.

А я смотрю на яркие прожилки на черном мраморе, что так похожи на разряды молний, и в душе у меня просыпается буря.

Полина выбирает несколько отполированных срезов и просит их показать со светом. Менеджер ведет нас в демонстрационную зону – отдельное помещение в глубине склада, полностью затемнённое, с регулируемой подсветкой каменной плиты, что устанавливается в специальные держатели.

Пространство в этой комнате как театральная сцена: полумрак, плотный воздух, одна-единственная плита оникса посреди зала.