Онлайн книга «Амнезия. Мой не бывший»
|
Хлопает дверью, что я подскакиваю и сжимаюсь в комок. Слышу, как за спиной хлопает вторая дверь, и моя сумка залетает на заднее сидение. Усаживается на водительское место так резко, что машина качается, заводит двигатель и резко вжимает газ. Я дергаюсь и на инерции вжимаюсь спиной в сидение. Оба тяжело дышим, хочется рвать и метать, между нами молнии и открытый огонь, обожжемся и сгорим до головешек. Как часто это заканчивалось безудержным сексом, но сейчас скорей закончится убийством в состоянии аффекта. — А теперь ты меня выслушаешь! – поворачивается ко мне и в глазах электрический разряд, машина набирает скорость, – или придется выпрыгивать на ходу! Глава 3 — Значит, выпрыгну! – выпаливаю на эмоциях. Ну не могу я их теперь контролировать, в меня вселился демон, и это совсем не ребенок, который растет внутри тела, это неконтролируемое желание уничтожить его отца! А потом хочется вжаться в него и рыдать на плече. Ему же жаловаться на то, какая он эгоистичная сволочь. И снова бить его по лицу, пока он не перестанет чувствовать свои щеки и губы… Губы в которые она его целовала! Ненавижу! — Полина! – рычит строгим голосом на то, как я пытаюсь отстегнуть ремень, он зараза вообще, похоже, сломался, ни из замка не вынимается, ни растягивается, чтобы так сильно не давил на грудь и живот. Я в самой натуральной ловушке! Только руки и могу выдернуть, чтобы схватиться за дверную ручку. Раздается щелчок, и замки блокируются. — Ты будешь меня слушать или нет? — Нет! – отвечает за меня демон. Илья длинно и шумно выдыхает, словно смиряется с тем, что разговаривать придется вот так, через мое отрицание и ненависть из каждой поры и в каждом выдохе. А что он хотел после предательства? Поцелуев в лобик? Монтировкой разве что! — Полина, – снова насилует мое имя, – то, что ты увидела, ты поняла совершенно неправильно, – пытается говорить спокойно. Но в тишине салона машины, когда весь звук – это шорох шин снаружи, я слышу, как надламывается его голос. — Это не то, что я подумала? Оригинальностью меня прямо душит! — Я с этой женщиной не спал. — Просто голым рядом полежал. Ну да. — Я был в полотенце! Я из душа… – злится, срывается, – я вообще не лежал! — Я помню, как тебе нравится стоя. Все стены в своей квартире мной вытер, как тряпкой! — Ты была не против! — Как и она! — Боже, Лина! Заткнись, ты просто невыносима! — Вот и нечего было меня из поезда выносить! Куда ты вообще меня везешь? Сказочник чертов! — Здесь одна дорога до города. Туда и везу! — Я к брату еду! Высади меня на перекрестке! Воронов смотрит на меня как на сумасшедшую, потом на дорогу, которая стала шире, но почти без единого фонаря. — На каком еще перекрестке? Это трасса! До самого города ни одной деревни даже нет! Осознание того, что мне вообще никак не выкрутиться, топит не хуже ледяной воды, как если бы я провалилась сейчас в прорубь и ушла под лед. Бьюсь затылком о подголовник. — Как все у тебя складно получается, Воронов. Долго планировал? — Одна сплошная импровизация, с тобой иначе никак, Лина! – протягивает руку и накрывает мою кисть, хочу вырвать ее из руки, но он не дает, лишь сильнее сжимает пальцы. — Лина… – зовет опять и теряет голос в конце. Сердце мое подпрыгивает к горлу, таким голосом он мне говорил только самые яркие признания. Те, что западали в самую душу, оставляли отпечаток на сердце и заставляли верить, что он меня любит. – Я не откажусь, ни от тебя, ни от нашего ребенка. |