Книга Моё филиппинское чудо, страница 74 – Ева Файнд

Сердце замирает от высоты. Я ведь выросла в сельской местности, поэтому даже второй этаж для меня ужасно страшен. Наконец-то добираюсь до лестницы. Босые ноги скользят на покрытых краской прутьях. Осторожно спускаюсь всё ниже и ниже. Ноги и руки дрожат. Грудная клетка разрывается от частого дыхания и биения сердца.

Остаётся чуть больше метра до земли, и я спрыгиваю. Чувствую кожей ступней мягкую зелёную траву, вдыхаю уличный воздух. Несколько секунд наслаждаюсь свободой, пока оглядываю территорию больницы. Кругом чёрный высокий забор. Нужно попробовать его перелезть.

От свежего воздуха немного кружится голова. Или это от препаратов, которыми меня пичкают? Стараюсь не бежать, боюсь привлечь лишнее внимание. Вдалеке вижу людей в белых халатах. Они повёрнуты ко мне спиной, о чем-то беседуют. Только бы они не повернулись в мою сторону…

Подхожу к воротам и смотрю наверх. Высоко. Но есть, за что уцепиться. Дотрагиваюсь до металлической изгороди, и тут моё тело обдаёт острой болезненной волной. Я безвольно падаю на траву, ощущая спазм во всех мышцах.

— Как тебе электрическое напряжение? Не маловато? – слышу противный голос, пробирающий до самых внутренностей.

На меня сверху падает кто-то большой и сильный. Заламывает руки за спину, словно я какая-то преступница. Рывком ставит на землю. Перед глазами вижу ненавистную рожу врача. А за моей спиной стоит высокий жирный амбал и держит мои руки за запястья.

— Ко мне в кабинет её! – Санчез ухмыляется, глядя мне в глаза, резко разворачивается и быстрым шагом уходит в сторону больницы.

— Идём! – гремит голос амбала, и он толкает меня вслед за врачом.

Я снова в ловушке. Что задумал этот мерзавец? Зачем мне к нему в кабинет? К бесконечной панике добавляется острая боль внизу живота. Я уже который день убеждаюсь, что с моим здоровьем что-то не то. Постоянно появлялись сильные кровотечения. Даже Бенильда была в шоке. Но медсёстры общими усилиями как-то умудрялись останавливать кровь. Только это совсем ненормально… Я читала, что с каждым днём должно быть меньше крови, а у меня всё наоборот.

Почти падая от слабости, плетусь по холодному больничному полу. Какой контраст! На улице тепло и светло, а здесь прохладно и темно. Словно в подземелье. Когда санитар подводит меня к кабинету, я вдруг инстинктивно чувствую, что не нужно туда заходить. Во что бы то не стало…

Останавливаюсь, как вкопанная. Ощущаю болезненный толчок в спину.

— Шевелись! – басит амбал.

Поворачиваюсь к нему. Смотрю в его глаза, в которых нет даже намёка на эмоции. Совершенно глупый равнодушный взгляд.

— Пожалуйста, помогите! Я заплачу вам потом…

— Совсем что ли?! – смеётся мне в лицо. – Иди давай!

Я упираюсь в дверной проём, освобождаю одну руку, царапаюсь, бью локтём. Но, похоже, санитару все эти мои действия никакого дискомфорта не приносят. Он вталкивает меня в кабинет Санчеза так, что я падаю коленями на тоненький коврик.

— Бунтуешь, Эрика? – со скупой улыбкой говорит врач.

Он уже успел сесть за стол и внимательно наблюдает за моими сопротивлениями.

— Укол ей, вот этот… – протягивает санитару маленькую ампулу.

Тот как-то странно смотрит на него. Неужели, я вижу в его глазах хоть что-то похожее на эмоции? Вот только, что это за ампула, если даже этот амбал удивлён?