Книга Рабыня из Вьетнама, страница 30 – Ева Файнд

Опять она меня провела. Умолчала. Если бы я только знал!

"И, что бы тогда? Ты бы никогда не притронулся к ней, признайся себе!"

Да, я бы не стал заходить так далеко…

— Марат, может, продолжим? Мне уже не больно, – говорит с надеждой Катя.

Она всё ещё распластана подо мной. Стало совсем темно, но я вижу отблески её глаз в свете луны. От неё так и веет страстью.

Сейчас я уже не отступлю. Поздно. Теперь только любить её всю ночь и благодарить судьбу за такой подарок. Да, несколько слащаво звучит. Но у меня, оказывается, крышу сносит от этой девчонки.

Теперь уже я действую максимально медленно, насколько позволяет моё терпение. Внимательно наблюдаю за её эмоциями.

Она сказала, что больше не больно, но я вижу, что ей некомфортно. Пытаюсь расслабить её. Целую ключицу, грудь… Слышу довольные стоны. Значит, я на верном пути.

Начинаю плавно двигаться. Пусть привыкает ко мне. Фиг я теперь отдам её кому-то другому! Это моя мелкая.

Первый раз кайфую от того, что девушка подо мной стонет и кричит без всяких притворств. Раньше я чаще всего заботился только о своём удовлетворении.

Как же Катя прекрасна в этот момент! Её спина выгибается над поверхностью пледа. Глаза то широко раскрыты, то с силой зажмуриваются. Десятки эмоций можно считать по ней!

Продолжаю действовать теперь уже чуть агрессивнее. Готов сорваться и закончить всё это в тот же миг, но сдерживаю себя из последних сил.

Катя захватывает руками мои лопатки и вонзает свои острые ноготки. Это отвлекает меня немного от приближающейся кульминации.

— Ещё, пожалуйста! – стонет она.

Буквально несколько секунд, и она уже содрогается в моих объятиях.

И только, когда я уже сам готов разрядиться, вспоминаю про контрацепцию. Видимо, сказывается долгое воздержание, что я напрочь про это забыл. Чудом успеваю покинуть её в самый последний момент.

Катя прижимается ко мне и целует в губы. В её действиях нет никакой фальши. И как я не рассмотрел это в ней? Она может быть одновременно страстной и невинной, игривой и серьёзной, грубоватой и нежной. Поразительно, но всё это умещается в одном человеке!

Мы восстанавливаем дыхание и идём к морю. Вокруг мало что видно. Свечение месяца и звёзд создаёт романтическую атмосферу.

"Марат, ты ли это? В романтики заделался?" – усмехаюсь сам себе.

Мы быстро окунаемся в море. У меня снова сжимается сердце, когда думаю о том, как Катя закричала.

— Тебе было очень больно? – взволнованно спрашиваю я.

— Да… – вздыхает она.

"Ну вот. Живи теперь с этим, Марат!"

— Но ты всё равно в итоге получила удовольствие…

— Да, мне понравилось одновременно ощущать боль и страсть.

Ответ меня поражает, но мне нравится её искренность.

Возвращаемся на плед. Надеваю футболку и шорты, а Катя своё платье. Укладываемся на спину и смотрим на звёзды.

Да, давно у меня не было времени, чтобы просто лежать и любоваться на ночное небо. То служба, то бизнес… Ну, как же, без Мамаева не справятся! И всегда забивал на себя, и снова в "бой"…

Замечаю, что Катя заснула. Утомилась. На лице непроизвольно появляется улыбка. Лежу неподвижно, боюсь потревожить её ровное дыхание.

Уходим с пляжа под утро. Идём в душ, и падаем на кровать дальше отсыпаться. Пока мы ещё не уснули, меня волнует один вопрос:

— Почему ты выбрала меня на роль своего первого мужчины?