Книга Сердолик – камень счастья, страница 25 – Анна Корнова

Инна испытала испанский стыд за сестру:

— Зачем ты поставила Митю в дурацкое положение?

— Затем, что он мистер Скука. Мог бы шутку поддержать, что-то для прикола подкинуть, но «рождённый ползать летать не может».

Вечером, засыпая, Инна вела свой бесконечный диалог с мамой:

— Как Алина глупо поступила! Ему теперь надо будет родителям объяснять, что Алина вовсе не вульгарная пустышка.

Смеющаяся девушка с фотографии погладила Инну по руке:

— Доченька, а что ты так расстраиваешься? Ты же страдала из-за этих отношений. Себе боялась признаться, что ревнуешь сестру и сама на её месте хотела бы быть.

— Конечно, хотела бы быть. Но где мне…

— Значит, будешь. Только сама потом не пожалей.

Наступила зима, у Алины начались напряженные занятия на курсах и с репетитором по английскому, полным ходом в школе пошла подготовка к новогодним праздникам, к тому же на занятиях по языку и репетициях завязались новые знакомства, и девушка окончательно прекратила встречаться с Митей. Своими страданиями он вновь часами делился с Инной, а подруга детства сочувственно слушала, успокаивала:

— Всё проходит, и это тоже пройдёт. Ты вспомни: год назад ты только о Кате мог говорить. А весной про неё даже не вспоминал.

— Это совсем другое. Меня тогда не само расставание с Катей, а уязвлённое самолюбие мучило. А без Алины я просто не могу — мне без неё воздуха не хватает.

После таких разговоров, вернувшись домой, Инна корила сестру, убеждала, что вряд ли удастся когда-нибудь ещё встретить такого прекрасного парня, одновременно и доброго, и красивого, и порядочного, и образованного. Инна горячо доказывала, что Митя готов на всё, чтобы вернуть утраченные отношения, но Алина равнодушно слушала сестру: какой смысл что-то объяснять, если Инна не видит, что «добрый и хороший» не значит «единственный и любимый».

— У нас энергетика не совпадает. Митька живёт как будто медведь на велосипеде ездит.

— При чём здесь медведь? — не поняла Инна.

— Медведь крутит педали, потому что дрессировщик велел, а сам радости от езды не получает.

Инна в который раз подумала, что ей никогда так красиво не сказать, да что там «не сказать», даже не подумать, как сестра. Поэтому, Инна вздохнула, и не полюбит её никогда Митя — нет в ней утончённости речей, нет легкости мыслей, как у Алины.

* * *

За окнами больницы кружились снежные хлопья. Инна отодвинула учебник, залюбовавшись снегопадом. Дежурство было спокойное, что нечасто бывает в травматологии, и Инна могла сосредоточенно позаниматься. Осенью она собиралась продолжить учёбу, поэтому усиленно взялась за изучение химии и биологии. Слава предлагал дочери обратиться к частным репетиторам, но Инна сначала решила попробовать разобраться самостоятельно, и, вооружившись книгами для сдачи ЕГЭ, всё свободное время посвящала подготовке к предстоящим экзаменам.

— О, клетка как биологическая система, — прочёл заголовок дежурный врач Мишкин, остановившийся рядом со столом медсестры. — Поступать на будущий год собралась?

— Да, попробую.

— Это правильно. Из тебя, Инна, хороший врач получиться. Если что непонятно, — доктор кивнул на учебник, — спрашивай, не стесняйся.

Мишкин хотел ещё что-то сказать, однако промолчал и, резко развернувшись, быстро пошёл в ординаторскую.