Книга Ворон. Альянс с врагом, страница 80 – Екатерина Ромеро

— Это мой дом.

— Твой дом теперь Скай и Лесси. Все. Поразмышляй о своих приоритетах. И вообще, подумай, что тебе дальше делать. Пожалуйста, не обижай Скай. Если она вытерпела тебя до этого момента, в ней определенно есть стержень. Так что?

— Я не знаю. Не знаю, брат, все стало слишком сложно.

— По-моему, проще некуда. Ты год ходил в трауре — это немало. Софию не вернешь. Тебе уже можно снова жить. Она бы тебя благословила точно.

— Я был шестнадцать лет в браке! Шестнадцать лет! Тебе не понять этого.

— Я вынашивал свою месть двадцать лет и понимаю тебя, как никто другой. Но реальность такова, что Софии больше нет, хоть мы все равно ее все любим. Но есть Лесси и есть Скай. Девушка, которую ты взял в жены из мести. Так что либо принимай ее как жену, либо отпусти. У тебя больше нет вариантов, Вито.

— Я отпустил Скай сегодня. Она свободна и может уехать в любой момент.

— Ты сейчас правду говоришь?

— Да.

— Как она отреагировала?

— Молчала.

— Хорошо. Я рад, что ты дал ей выбор. Это правильное решение, Вито. Я не сомневался в тебе.

Анжело отключает вызов, а я еще долго курю на задней части двора. Именно здесь и погибла моя мать. Именно тут Анна сделала свой последний вдох, играла со мной, хотя я этого совсем не помню.

София. Она о чем-то хотела сказать мне. Я возвращаюсь к нам в комнату и перерываю ее вещи. По крайней мере, те, которые уцелели после пожара, хоть их и не так много.

Ну же, Софи, должно же быть хоть что-то! Что ты мне хотела сказать? О чем? Дай подсказку, потому что я в тупике, должны быть ключи, хоть какие.

И я нахожу. Маленькую фигурку короля из шахмат в ее шкатулке. Все, но это ни о чем не говорит. Просто зачем она положила сюда фигурку короля? Софи точно не играла в шахматы.

Острый кончик короны короля впивается мне в пальцы. Снова король, это не может быть совпадением. София не играла в эти игры, и шутить бы она не стала. Это подсказка. Мне.

Откуда она ее взяла? Значит, Софи была в крыле Пабло. Это его шахматы, больше она бы такие точно нигде не взяла. Они именные, на каждой гравировка с фамильной буквой “Ч”.

Шахматы, шахматы, ход гарде. Перед глазами всплывает картинка. Очень старый рисунок. Я нашел его однажды в шкафу и просто забыл. Это был рисунок матери Анжело Марии.

Там была изображена кукла на ниточках. Ею управляли так, как хотели. Я выбросил этот рисунок, мне было тогда лет восемь, я его испугался и не стал никому показывать. А теперь я вспоминаю этот рисунок, потому что там тоже были нарисованы шахматы. Та куколка была на шахматной доске, а сверху была изображена фигурка короля.

Он освободил меня, отпустил, если угодно. И наверное, я должна радоваться, ведь я не хотела этого брака, этого мужчину и эту семью. Я хотела быть свободной, вот только теперь мне стало еще хуже.

Не знаю, что случилось, но мы с Вито уже даже больше не ссорились. Я просто молчала, он тихо сказал, что я могу быть свободна. Все, брак окончен, месть завершена, и я должна радоваться, только почему-то сейчас мне гораздо тяжелее, чем вначале.

Я чувствую себя использованной. Я просто его месть, я не смогла стать ничем больше, тогда как сама уже давно люблю Вито. Люблю как мужчину, как своего мужа. Не как врага. Разве это плохо? Это неправильно, но я не могу по-другому.