Книга Фиктивный брак. Не смей в меня влюбляться, страница 22 – Полина Грёза

Пока главы делегаций обмениваются сухими фразами и обсуждают сделки, Фил буквально пожирает меня глазами. Скользит взглядом по вырезу шелковой блузки, рассматривает лицо, подолгу задерживается на губах.

Игнорирую его полностью. Делаю вид, что поглощена аналитическими сводками, но в глубине души все-таки появляется темное, пьянящее удовлетворение.

Тот самый самовлюбленный мажор, который когда-то называл меня серой мышью в бабушкиных трусах, теперь не может отвести взгляд.

Все-таки жизнь — поистине гениальный сценарист, обожающий ироничные развязки.

Спустя два часа объявляют кофе-брейк. Отхожу в сторону, чтобы перевести дух. В руках — миниатюрная чашка крепкого эспрессо. Присаживаюсь за столик у окна и почти сразу слышу за спиной знакомые шаги.

— Можно? — Фил, с такой же, как у меня чашкой в руках, показывает на свободное место напротив.

— Садись, — неопределенно жму плечами.

— Какой красавицей ты стала, Наташа! — в голосе бывшего звучат нотки откровенного восхищения, — Прямо голливудская дива! Я сначала даже тебя не узнал, думал, обознался. Ты так изменилась... Как ты? Как живешь после отъезда из Москвы?

Медленно поднимаю подбородок, сохраняя на лице чуть отстраненное выражение.

— Все просто великолепно, Филипп, — спокойно отвечаю, делая крошечный глоток обжигающего кофе, — Прекрасная, перспективная работа, квартира в центре старого города. И, главное, потрясающий, заботливый муж. Мне абсолютно не на что жаловаться.

При упоминании мужа Горчаков слегка кривится, но быстро берет себя в руки. Видимо, дипломатический протокол все же обтесал того безбашенного студента, который никогда на стеснялся в выражениях.

— Рад за тебя, — отзывается он и вздыхает, — А вот у меня не все так радужно, как мечталось.

Он поднимает взгляд на меня, ожидая расспросов, но я молчу. Не то чтобы мне неинтересно, просто хочется выглядеть холодной и неприступной.

Фил устало хмурится и набирает воздух в легкие, решаясь на непрошеную откровенность.

— Отец серьезно болен. Слег после тяжелого инфаркта. Поэтому теперь обеспечение семьи полностью лежит на моих плечах. Бизнес, долги, основная работа… Кручусь сутками, как белка в колесе. Забыл уже когда последний раз нормально высыпался.

— А как же Аделина? — с интересом роняю имя бывшей однокурсницы. Просто не могу удержаться от изящного укола, — Разве законная супруга не должна помогать любимому мужу?

— Помогать? Аделина? — Фил горько усмехается, — Аделина лишь обижается, что у меня больше нет времени и денег на крутые тусовки в клубах и вагон шмоток, которые она хочет. Ей нужен вечный праздник, а не загнанный муж с финансовыми проблемами. Наш брак трещит по швам, мы живем сейчас, как абсолютно чужие люди.

Внимательно смотрю в его потухшие глаза и с легким удивлением понимаю, что не испытываю ни малейшего злорадства. Но и сочувствия тоже не испытываю. Мне все равно. Там, где когда-то пульсировала горькая обида, теперь зияет абсолютная пустота.

— Мне жаль, Филипп. Искренне надеюсь, что твой отец поправится, — произношу заученную протокольную фразу и, оставив пустую чашку на столе, собираюсь уйти, — Извини, мне нужно подготовить документы ко второй части...

Встаю, но сделать шаг не успеваю. Фил неожиданно подается вперед и судорожно перехватывает мою руку.