Книга Сюрприз, Шоколад и Игрушка для бандита, страница 87 – Рин Скай

— Заткнись! – еще более сурово говорю я. – Еще раз ее обзовёшь, я тебя со второго этажа выкину! – и так набычиваюсь, что с Алины мигом вся спесь слетает, ибо знает: выкину. И бровью не поведу.

— Дядя Марат! – всхлипывает Инга, и подбегает ко мне, неловко путаясь в длинном подоле свадебного платья.

— Иди сюда, моя хорошая, не бойся! – я заключаю ее в свои объятия, и теперь сам оберегаю девочку от коршуна-Алины.

— Я не хотела, дядя Марат! – всхлипывает девочка, сотрясаясь вся хрупкими плечиками. – У меня никогда не было такого платья. Я хотела примерить его осторожно…

— Примерила?! – вновь взвивается Алина.

— Да захлопни ты свой рот! – рычу на эту дуру. – Не смей орать на ребёнка!

Невеста затыкается, а девочка продолжает свой рассказ.

— Я примерила. Но я была такая бледная, и мне захотелось накраситься… Как взрослой! Как будто я – настоящая невеста! Я не хотела пачкать платье… честное слово! Оно такое краси-и-ивое… - плачет искренне, навзрыд.

А я злой на эту придурочную Алину, ну как можно из-за тряпки на ребенка орать?

— Инга, девочка, солнышко мое, не плач! – неловко обнимаю ее, глажу по головке. Это всего лишь тряпка, ничего страшного! Сейчас горничной отдадим, она постирает.

Если бы сейчас Инга вела себя по-другому, доказывала свою правоту, или бы нагло пялилась на Алину, я поступил бы иначе, но девочка плачет, она очень расстроена своим поступком, она искренне раскаивается в том, в чем по сути не виновата, и мне в голову не придет обвинять ее в чем-то.

— Постирает? Марат, ты в своем уме?! Платье расшито бриллиантами! Какая стирка? – на позеленевшую от злости Алину уже смотреть страшно. - Да и не отстирается эта косметика! Она платье и тушью заляпала, и тенями обсыпала, и стойкой матовой помадой залила! Кто вообще этой девчонке разрешил косметикой пользоваться?!

— Косметику подарил ей я! Еще вопросы? – рычу, успокаивая Ингу.

Алина тяжело дышит и с ненавистью оглядывает все семейство Ирины.

— Алина, простите нас, - примирительно сообщает Ириша. – Я заплачу вам за порчу платья…

— Да ты будешь всю жизнь на него горбатиться, Дура!!! Оно стоит миллион баксов! Да тебе и твоим ужасным детям ни в жизнь за него не расплатиться!

Ее слова, злые и хлесткие, бьют Иришу, и поникших малышей, да-да, хоть им и по десять лет, но они – малыши для нас, взрослых, наотмашь. Я прямо физически чувствую, как им, всем четверым больно от слов этой дуры.

— Солнышко! – прерываю я звенящее после криков молчание, - Иди к маме.

Отпускаю Ингу к Ирине. Та зарывается в материнские объятия, я же делаю шаг к Алине и грубо хватаю ее за локоть.

— Мне больно!

— Мне пофиг. Я компенсирую тебе платье.

— Где я новое возьму?! У нас свадьба послезавтра?! – орет придурочная.

— Не надо новое. – спокойно говорю я.

Я принял решение и все остальное мне до лампочки.

— Предлагаешь мне в этом замуж выходить?! Или постирать его?!

— Тебе вообще платье не понадобиться. – грубо толкаю ее за руку к выходу.

— Это почему же?! – Алина уже полностью безумна и невменяема.

— Потому что свадьбы не будет. – спокойно сообщаю невестушке и выталкиваю ее за дверь, захлопывая, и закрывая на замок прямо перед ее носом.