Книга Сюрприз, Шоколад и Игрушка для бандита, страница 60 – Рин Скай

Пахнет парфюмом на весь ресторан! Бородка со свежей окантовкой, прическа, волосы назад, залачены гелем. В общем, не мужик, а картинка.

Идет, хромает, припадает на правую ногу, но делает это мужественно, с достоинством. Будто раненый в прошлом огромный сильный медведь.

Шторм заполоняет собой все пространство гардеробной. Видит меня, и с жадностью оглядывает с головы до пят. Жадно ощупывает мое довольно низкое декольте, открытую беззащитную шею, кулончик-капельку на тонкой серебряной цепочке, что идеально лежит в яремной впадине между ключицами. Я в коротком платье. Шторм оглаживает мои голые предплечья, кисти рук, белые тонкие запястья, которые я украсила ниточками серебряных браслетов. Взгляд его проходится по моему слегка припухлому животику. Но пока это выглядит так, будто я навернула мисочку пельмешек дома в одну харю, а не беременная на третьем месяце.

Не ускользают от жадного мужского взора ни подол моего платья выше колена, ни полоска черных тонких чулочков и ботфордов на изящной шпильке.

— Мать твою, Иришка! – хрипло рычит Шторм, надвигаясь прямо на меня. – Какого черта такая красивая ходишь?! А если бы тебя по дороге украли? В лес увезли? К елке привязали? Изнасиловали?

С такой горячностью фантазирует о моем изнасиловании, будто бы сам тайно желает это все провернуть, вместо милого «семейного» ужина с невестой и ее братцем.

— Не все мужчины варвары. – пожимаю плечами.

Шторм отдает свое пальто. Что-то без невесты приехал. Вместе мы направляемся к залу ресторана.

— А для меня ты так не разодевалась! – снова рассматривает меня жадно, будто в углу зажать хочет и полапать от души.

-А вот для Сержа хочется быть красивой. – мило улыбаюсь я.

Шторм аж спотыкается своими дорогущими кожаными ботинками о красное ковровое покрытие.

— Я смотрю ты для него хорошенько подготовилась, да, Иришка? Проэпилировалась небось везде?

-Конечно! – охотно вступаю в пикировку, - Особенно глубокое бикини и межъягодичку проработала!

Шторм аж краснеет весь от злости. А желваки на мужественных скулах наоборот, белеют.

— Я тоже смотрю, ты для своей Алины разоделся, подушился, и даже костыль выкинул, - не остаюсь в долгу я.

— Почему это для Алины? – буркает Шторм, скривившись. – А костыль при тебе поломался. Нахер мне второй покупать?

Подходим к залу. За столиком в укромном уголке уже нас дожидаются брат и сестра.

— Это Серж? – спрашиваю я как бы в никуда, а сама разглядываю довольно приятного мужчину средних лет. – Симпатичный! – улыбаюсь ему.

Шторм резко дергается, и задевает собой поднос сновавшего мимо нас официанта. Бокалы с грохотом летят на паркет.

— …. – материт парнишку Марат… - какого х… под ногами болтаешься?!

— Маратик, милый! – подлетает к бандиту Алиночка, - Вы с Иришкой как раз вовремя, мы с Сережей выбираем закуски!

Серж тоже встает с места, направляется к нам.

— Ириночка, солнышко, позвольте вам представить Сергея Викторовича Баринова!

— Очень приятно! – Серж тянется за моей рукой.

Подаю ему ладонь. Серж аккуратно берет меня за пальцы, и под острый взгляд Марата подносит их к губам. Ладонь у Сергея теплая, сильная, а губы приятные, не обветрившиеся, как у Марата.

Но, почему-то этот факт коробит меня. Губы у Марата постоянно шершавые, будто загрубевшие на ветру, но в то же время чувственные, волевые.