Книга Целительница его сердца, страница 17 – Рин Скай

— Эй, ты! — прошелестело в абсолютной тишине. — Псссс! Слышь!

— Кто здесь? — остановилась я махать шваброй.

— Это я! — тонкий шелест исходил из громадных шкафов, заполненных склянками с заспиртованными останками животных.

Брр ну и гадость.

— Я здесь, освободи меня! — шелестело нечто, но я никак не могла понять, какая из заспиртованных зверушек решила ожить на мою голову.

— Ну же, еще миг и я просто задохнусь от это вони! — отчаянно пропищало сверху.

Блин, надо действовать. Мало ли какая живность по случайности в склянку залезла.

Я придвинула тяжеленную деревянную скамью из последнего ряда, залезла на нее, приподнялась на цыпочки и ахнула:

— Дохлая крыса…

Та самая, которую меня так старательно и мстительно заставляла оживить мадам Узэния!

Вот только сейчас крыса была не очень дохлой, но выглядела плохо. В наглухо закрытой склянке, наполненной желтоватой мутноватой жижей.

Нельзя же так над бедным животным издеваться! Не раздумывая я схватила склянку, и откупорила крышку, едва не свернув себе тонкое запястье.

Крыса пулей вылетела на стол, и принялась громко и забавно чихать. Я тоже чихнула. Запах аммиака стоял просто невыносимый.

— Не крыса, а крыс! — встал на задние лапки зверек, отчихавшись и откашлявшись. — И не дохлый, а вполне себе, теперь оживший!

Я во все глаза смотрела на разглагольствовавшего крысеныша и думала, а не сошла ли я с ума, или тут в порядке вещей, когда звери изъясняются на вполне понятном для тебя языке?

— Ну и на кой демон ты меня оживила? — вздохнул Крыс. — Я ведь договорился с Узей. Меня на покой, а она мою тушку чтобы завалить неугодных ей студентов использует. Все по-честному.

— Нифига себе, честность! — возмутилась я. — То есть заваливать студентов можно, а выполнять ее задания — нет?

— Как это у тебя вообще получилось? — присел крыс на угол стола, подперев лапкой аккуратный подбородок, и принялся меня внимательно разглядывать. — Глаза розовые… ой, бедовая ты!

— Почему это? — насторожилась я.

— А не скажу! — воззрился на меня крыс. — Какая тебе разница, что было в прошлой жизни?

— А что было в прошлой жизни? — не отставала я.

Если крысеныш что-то знает, то я должна вытащить это из него. Для меня сейчас любая информация об Айрин в остром дефиците.

— Вай, у тебя еще и пальца нет, ну точно, бедолага!

— А ну рассказывай, не то сейчас тебя обратно в склянку посажу! — пригрозила я.

— Не посадишь! — пискнул крысеныш, и молниеносно стек со стола, чтобы шмыгнуть под скамью, а там задать стрекоча прямо за дверь.

Мне только и оставалось что побыстрее закупорить опустевшую без крыса склянку и убрать ее подальше на верхнюю полку. Интересно, что будет, если мадам Узэния узнает, что я выпустила на волю ее дохлый реквизит по заваливанию неугодных студентов?! Полагаю, что ничего хорошего…

* * *

После уборки факультета Целительства мы побежали в роскошный женский дормиторий. Хорошо, хоть этих фиф, Владиславы и Антонии видно не было. То ли они домывали свой участок работы, то ли отдыхали по комнатам, но мы довольно быстро помыли коридоры. После, нас встретила мадам Соба, и распорядилась, чтобы мы шли в трапезную на праздничный ужин в честь появления нового куратора.

— Везет нам сегодня с тобой на еду! — довольно улыбнулась Ава, снова переодеваясь в форменное платье.