Книга Двойной (киндер)сюрприз для босса, страница 67 – Рин Скай

— А как же ребенок? Эля ведь твоя дочь! Зачем ты мне врешь?!

— Я считаю ее своей дочерью. – крепко держит мои запястья Кирилл. – На самом деле она – ребенок моего умершего брата!

В изумлении застываю. Даже дергаться перестаю. Не могла такого даже предположить!

— Я поэтому сказал тебе тогда, за ужином, что видимо мне таки придется воспитывать чужих детей! Твоих двойняшек и Элю!

Ох, Кирилл… Знал бы ты, чьи на самом деле двойняшки… Но у меня до сих пор сомнения.

— А зачем ты живешь с Сабиной?! Зачем говоришь, что у тебя жена и ребенок?

Кирилл озирается. Видит невдалеке пустую скамейку под опавшим кленом. Увлекает меня туда. Садится, широко расставив колени. Опирается на них локтями. Сцепляет пальцы в домик. Задумывается, будто погружается в воспоминания.

— Константин умер у меня на руках… его ранили, как и меня, на улице. Но он дотерпел до больницы. Я бросился к нему. Он был весь в крови. Мой брат-близнец. И не смотря на боль, он умолял меня разыскать его девушку. Она только забеременела от него. Даже живота еще не было. Он просил меня заботиться о ребенке, как о своем. Он даже не знал, дочь у него родится, или сын… И о его девушке, он тоже просил позаботиться. Я пообещал ему! Как видишь, свое обещание я выполняю. Я люблю Элю как свою родную дочь. Это кровь моего брата! Моего близнеца! Его продолжение. У нас с ним одинаковый набор днк и она похожа на меня! Я записал ее на себя. Я не хочу, чтобы она когда-нибудь узнала, что не я ее отец. Я хочу дать ей всю любовь и заботу, которую не успел дать Костя. Понимаешь?!

* * *

Возвращаюсь домой в смятенных чувствах. Джип Зарецкого стоит на привычном месте, дожидаясь из больницы своего хозяина. У меня каждый раз сердце сжимается, когда я понимаю, что он стоял бы тут вечно, если бы его… о, Господи!

Хотя, почему вечно? Сабина бы продала его, и глазом не моргнула. Вдруг автомобиль подмигивает мне. Ничего не понимаю. Всматриваюсь. Нет, сигналит мне другой автомобиль, спортивный, что стоит рядом. Просто в сумерках примерещилось что-то.

— Эй, ты! – опускается стекло спорт-кара.

Сабина. За рулем. Ну да, как я могла забыть про ее автомобиль. Иду мимо.

— Эй, слышь! Я к тебе вообще-то обращаюсь, – не унимается Сабина.

— Чего надо? – так же грубо осведомляюсь я, проходя мимо.

— Поговорить надо. Садись.

— Нам не о чем с вами разговаривать.

— Ошибаешься. Еще как есть. – нагло ухмыляется девка.

Уже скрываюсь в подъезде, и мне в спину прилетает:

— Моего мужа решила захомутать?! Не выйдет! Я никому его не отдам!

Хлопаю дверью подъезда. Какой кошмар. Хорошо, что соседей вокруг не было. Однако, до чего я докатилась…

Дома вся на нервах готовлю ужин. Кормлю деток и Матвея.

— Идемте собирать пазл, – зову ребятишек, потому что меня трясет всю. А пазл обладает антистрессовым свойством.

— Пазьл! Пазьл!!! – радуются мои котятки.

Притаскивают яркие коробочки с картонными кусочками.

Начинаем собирать Винни-Пуха. Матюша гремит на кухне посудой. У нас с ним теперь разделение труда: я готовлю, он моет посуду. Он пылесосит, я мою полы. И так во всем. Я рада, что брат почти исправился и вылез из игровой зависимости.

Потихоньку трясучка начинает меня отпускать. Мы собираем три или четыре паззла, пока в дверь не раздается звон.

Кого там притащило?! – вздрагиваю я про себя.