Книга Договор на тройню, страница 16 – Рин Скай

Грею руки у огня. Марат подходит ближе. Поднимаю голову, смотрю на него с низу вверх. В его глазах прыгают отблески языков пламени. Красив. Просто дьявольски красив!

— Что пить будешь, Русалка? — спрашивает хрипло.

— К-кофе? Вы же кофе позвали меня пить.

— А может, что покрепче? — наклоняет голову в бок.

— Н…нет, я не пью. Впрочем, крепкий черный чай, если кофе нет.

— Хм. — усмехается белыми ровными зубами парень. — А ты забавная. Как зовут твою подругу?

Хмурюсь. Я — забавная, а запал он все равно на Стевку.

— Стевия…

— Стевия? Какое дурацкое имя! А тебя как звать, спасительница моя?

— Арина. — пискаю я.

— А-ри-на — перекатывает на языке. И так хрипло у него получается, что у меня мурашки по позвоночнику бегут от его голоса. — Арина — красивое, благородное имя.

С удивлением гляжу на Марата. И верю ему! Потому что он так говорит, что не поверить в благородство своего в общем-то обычного имени невозможно!

— Стевия! — внезапно зычно кричит он.

— Я тут! — тут же материализуется соседка.

Дерзко улыбается ему, красуется перед ним. Снимает заколку, и распускает свои длинные рыжие волосы. Прямо как давеча у меня на улице. Вот только Марат не спешит подойти к ней.

— Кофе сделай нам. — говорит усмехаясь. — И можешь быть свободной!

Стева поджимает надутые губы. Бросает почему-то в меня уничижительный взгляд полный ненависти, хотя, по сути, в чем тут моя вина?!

* * *

Марат пьет кофе из поллитровой кружки большими глотками. Его кадык дергается в такт движениям. Удивляюсь, для чего Стевия заварила напиток в этих бадьях.

Моя же рука дрожит непонятно от чего, когда я пригубляю крепкий обжигающий напиток.

— Вкус странный у этого кофе, — хмурит брови Марат. Твоя подруга зачем-то туда миндальный сироп добавила. Фу, ну и гадость!

Ба-бах! — что-то разбивается на кухне.

— А-а-а!!! — слышится истерический вопль Стевии. — Марат!!! Помоги!!!

Переглядываемся с миллиардером. Он качает головой, ставит недопитую наполовину кружку и нехотя поднимается со шкуры.

— Пойду гляну, его там с твоей подружкой приключилось.

Мне снова неприятно это уже надоевшее Стевкино перетягивание внимание парня на себя. Да сколько же можно?!

Марат выходит из гостиной, а я гляжу на его кружку.

Хм… как бы эта дуреха не подсыпала чего ему. У нее ума хватит. Тем более, я видела пузырек в ее сумке.

Что он там говорил? Миндальный сироп ему подлила? Странно, а мне нет. Мой кофе тоже невкусный, но, полагаю от того, что она туда плюнула, и никак не подсластила.

Тянусь за черной кружкой Марата. Внимательно рассматриваю ее. И правда пахнет миндалем. Прихлебываю. Точно. Кофе сладкий и ароматный. Вот у него по-настоящему вкусный. Пью, глотков десять, наверное, чтобы распробовать посторонний привкус, но ничего так и не могу вычленить из горячей ароматной композиции.

— Мой кофе пробуешь? — вваливается в гостиную Марат. — А может, посыпаешь мне что? Признавайся!

Улыбается развязно, идет на меня, точно таран. Большой, мощный, как медведь.

* * *

А у меня уши горят. Еще как горят! Просто полыхают! И к лицу кровь приливает. Черт, особенно к губам! Будто их пчелы покусали. Губы просто сводит от… дикого желания поцеловать!

Эм… это что за внезапный приступ нимфомания такой?! Гляжу на Марата, на его губы, искривленные усмешкой и так хочется по этим губам… провести языком! Хочется приникнуть к ним, чтобы напиться, будто я путник, пробродивший по пустыне все сорок дней без воды.