Книга Тройной сюрприз для шейха, страница 50 – Рин Скай

— Нет, Омар. — я тоже тверда в своих словах.

— Почему, можно узнать? — Омар все еще держит раскрытую коробочку с кольцом.

— Я не хочу быть на вторых ролях. — смотрю ему в глаза.

— Лилия, я люблю тебя! Но я не могу развестись с Набихой. У меня нет ни единой причины для развода ни перед ней, ни перед Всевышним!

— Я понимаю. Поэтому, нет. Я могу быть единственной женой. Ни первой, ни второй, а единственной. Я отказываюсь от твоего предложения.

— Лилия. Ты будешь жить в отдельном доме. Вы с моей женой вообще никак не будете комуницировать. По четным дням я буду проводить вечера и ночи с тобой, по нечетным, с ней. Никакой ревности, никаких проблем не будет. У меня все жены получают одинаковое количество внимания, подарков и любви от меня.

Возмущению моему нет предела. Сжимаю изо всех сил бокал с соком, еле держу себя в руках, чтобы не выплеснуть его ему в самодовольную рожу.

— Знаешь, что, Омар? — еле сдерживаясь от злости произношу я. — Пошел ты со своим предложением куда подальше!

ЛИЛИЯ

Месяц спустя

На следующий день я забрала детей и маму, и мы улетели обратно домой. Омар не стал чинить нам препятствия, или как-то останавливать меня. По прилету мне на карту пришла сумма, которую он обещал мне за работу. Он выплатил все до единой копейки, несмотря на то, что я не стала отрабатывать свой номер на свадьбе его брата.

Анька была в диком гневе, мы с ней больше не общаемся. Свадьба Саида не состоялась, или состоялась, но в другой срок, и в другом виде, я не вникала в эти подробности, но ясно было одно: шоу танцовщиц ни Омару, ни Саиду в итоге не понадобилось. Насколько я знаю, Анька и ее команда вернулись в Москву. Скорее всего Омар заплатил и им, потому что слишком честный и до зубного скрежета правильный мужчина.

Весь этот месяц я пытаюсь оправиться от восточной «сказки». Студия моя продолжает работать, вот только я наняла другую управляющую. Она вроде справляется, даже приносит кое-какую прибыль, но в основном сейчас я, и моя семья живем на тот гонорар, который мне выплатит шейх.

Если при детях я еще держусь, не расклеиваюсь и не плачу, то при маме, не могу сдержать слез.

Мне так больно, так обидно!

— Хватит корить себя! — мама всегда старается поддержать меня.

— Не знаю, правильно ли я поступила, отказав ему.

— Конечно, правильно! Ты что, разве смогла бы быть номером «два» всю жизнь? Ты же чемпионка, дочь! Ты всегда брала первые места! Всегда выигрывала!

— Он — отец моих детей. И даже не догадывается об этом. И детей своих я любви родного отца лишаю. Может, я смогла бы потерпеть ради детей? Может, надо было поступиться собой, своей гордостью, засунуть ее куда подальше?!

— И зачем детям разбитая, вечно депрессивная мама? — не понимает она. — Они ведь будут чувствовать, как тебе плохо, и в итоге это скажется на них! Ты знаешь, дочь, я тоже не привыкла быть номером два! — вдруг заявляет она. — Твой отец загулял, изменил мне, ну я его пинком под зад и выгнала! Потому что не представляла, каково это — делить одного мужчину еще с какой-то женщиной! А у твоего Омара это узаконено! И где гарантия, что после тебя он не возьмет еще двух жен, так как с предыдущими развелся?!

Когда мама так говорит, я успокаиваюсь, но по ночам мне не спится, и я прокручиваю всю свою ситуацию еще очень много раз, и медленно схожу с ума от любви к этому мужчине…