Книга Титановый король, страница 46 – Юлия Резник

— Все полезные продукты – редкая гадость.

— Особенно брокколи, – теперь уж вид, что его вот-вот стошнит, делает Никита.

— Люблю брокколи, – улыбается Дина, достает из холодильника пакет молока, который наверняка не купишь в супермаркете эконом-сегмента, следом вынимает из шкафчика два стакана и наливает немного на донышко в каждый. – Давайте, смелей.

Пацаны с опаской приступают к дегустации. Я уже настолько без сил, что хочется их поторопить. Может, прикрикнуть даже… Но, конечно, это не выход. Поэтому я терпеливо жду, а для более надежного сцепления с реальностью приваливаюсь к стене.

— Ну, как вам?

— Молоко как молоко, – авторитетно заявляет Никита. Данил кивает, безмолвно соглашаясь с братом, и тоже зевает до того широко, что у него становятся видны гланды, которые мы так и не вырезали, хотя один горе-лор предлагал. Дина снова одаривает моих пацанов улыбкой и теперь уж наливает им по полному стакану.

— Допивайте, и спать. На ногах ведь уже не стоите, – говорит она и неожиданно переключается на меня, прикорнувшего у стены, как приблудившаяся псина. – Тебе постелить с мальчишками в одной комнате или лучше в смежной?

— Как угодно. Ты только белье дай. Остальное я сделаю сам. Не стоит утруждаться.

На самом деле я даже не могу представить Дину, застилающую мне кровать. Где это видано, чтобы королевы обсуживали челядь? Если бы во мне оставались хоть какие-то силы, я бы не отказался поглядеть на такое. Но не теперь, когда вообще ничего не хочется. Если только сдохнуть, чтобы одним махом покончить со всеми проблемами сразу.

— Тогда пойдемте. Я покажу ваши комнаты.

Мне кажется, в голосе Дины послышалось как будто бы облегчение. Может, она и впрямь не умеет застилать постель и банально рада, что я избавил ее от этого? Да похрен. Мне до этого дела нет. Скорее прилечь бы.

— Здесь могут разместиться мальчики. А ты в соседней комнате. Она небольшая, но из нее ты сможешь попасть к детям, минуя коридор.

Мальчишки залетают в огромную комнату. Она выглядит вполне обычно, если, конечно, в ваше понимание обычного входит элегантная сдержанная роскошь. То, что перед нами детская, угадывается лишь по каким-то незначительным деталям. Мишке, брошенном в кресле… Пледу, что накрывает кровать. Комоду, одним движением руки превращающемуся в столик для пеленания. По пустующему месту у кресла-качалки, явно предназначенному для колыбели. По моей спине тянет холодом… Мальчишки кричат:

— Ух ты! Глянь, как красиво…

— Пап, тут окно, погляди, какое! А это светильник, пап! Только я не могу включить.

— Дина! Дина… Как включить этот светильник? – орет Ник, выбегая в коридор, ведь хозяйка дома не стала заходить вместе с нами в комнату.

— Светильник? – до меня доносится ее растерянный голос. – Я не знаю.

— Ну как ты можешь не знать? Пойдем!

В комнату возвращается Ник, таща за собой как на буксире Дину. А та явно с гораздо большей охотой зашла бы в клетку к голодному тигру, чем сюда… Смотреть на нее больно. И так некстати в голове всплывают ее слова о том, что у нее мог бы быть ребенок, но не сложилось.

— Смотри, я жму на эту кнопочку, а свет не включается!

— Дался тебе этот светильник, – я с досадой вмешиваюсь в разговор.

— Да ничего. Все нормально… Он просто не включен в сеть. Вот, смотри, провод выдернут. Если на этом все, я пойду. Спокойной ночи.